Спуск, прочитал ваш рассказ. Вот мое мнение: Самое главное требование не выполненно - рассказ не смешной! У вас специфичное представление о юморе – два сталкера, то и дело обменивающиеся пинками, напоминают детей. Заключение в скобки пояснения действий героев в словах автора допустимы, но не в таком количестве! Характеры персонажей не прописаны. Порой с огромным трудом приходиться пролазить сквозь дебри ненужных пояснений, разбираясь, что же все-таки происходит. Сумбурно, нелогично и непонятно. Больше похоже на сценарий детского утренника. Однозначно – не для сборника! Мой вам совет – попробуйте сделать из всего этого обычный рассказ с нормальным описанием и прописанными характерами персонажей.

Я специально подчеркнул, что это ПЬЕСА, а не рассказ: здесь не нужно прописывать характеры, уточнять окружающую обстановку. Всё что нужно донести до читателя--в диалогах.
По поводу персонажей--я намеренно сделал их такими, чтобы показать комичность и нелепость происходящего. "без намёка на серьёзность"

На счёт имён бандитам--они безликие мародёры и должны ими оставаться, кроме их старшого. Ну разве только характерные им поступки...
Ваше мнение я понимаю--критика мне пойдёт на пользу!
Правда и такая пьеса является довольно уникальным явлением--много ли вы читали пьес по миру сталкера? Явно меньше рассказов. К тому же если я перенесу этот сюжет на рассказ--выйдет довольно избито и не оригинально.
В общем, я вас понял, кроме разве одного--почему в сборник должны входить только рассказы? Ведь это СБОРНИК, а юмор многогранен.

- Знаешь, я думаю, что все люди- братья! И все мы должны жить дружно, чесно и, главное, мирно! А ещё все должны быть равны и ничьи права не должны ущемляться!
- Правильно!
- Я считаю, что в новом, справедливом обществе не будет места насилию, и предлагаю начать строить его прями сейчас, Ибо!
- Ну да.
- Ибо как новый год встретиш, так его и проведёшь, и лучше провести его в деле, чем в мечтах о деле!
- Ну да.
- Откажемся от насилия, рабства и крепоснических замашек!
- Ну да. Знаеш, Боров, достаточно тебя изловить и в клетку посадить, как ты становишься учтивейшим, гуманнейшим и добрейшим человеком! И так беспокоишься за права живых существ... Юристом тебе надо быть, у тебя талант!
- Не талант а опыт - недовольно бурчит Боров - выж, меня, гады, уже раз пятый ловите! И зачем я только согласился покараулить для Бармена ключик...
- Знаешь, Боров, а ведь в этот раз я тебя ловлю не из- за ключика. Правда. - доверительно шепчет Стрелок. Я перед стартом игры в конфингах покопался, пока Сидор отвлёкся, теперь главный квест - "Стрясти с Сидора пива и напиться в баре" - Звучит?
- Ё! Ёёёё! Чувак, ты крут! Класно. Реально, отвечаю! Ток скажи, зафига ты меня тогда схватил? В клетку посадил? А?
- Бо-оров, ну ты же умный человек! Наступает год свиньи! Не приглашать же на праздник Припять- кабана? А устраивать корпоративную попойку- не в наших интересах! Так что ты приглашаешься на праздник!
- А если я... Откажусь? Чо будет?
- Не, ничего не будет! Я просто предлагаю. Всё чисто добровольно. Контролёра в подвал вести или ты ещё подумаешь?
- А контролёра ты ты от куда взял? о_О - Боров реально в непонятках. Поди и кровососов приручил?
- А как-же, брат, а как-же! Секрет успеха прост: в моём спирту крови не обнаружено! (Спасибо Густову)
- Ну так что, контролёра звать?
- Ладно, что ты хочешь? - сдался бандит.
- О! А вот это уже деловой разговор! Значит слушай: существует поверье, что если помочь символу года, то весь год тебя будет удача преследовать!
Стрелок вышел из подвала, где-то за стеной раздались звуки ударов, крики, стоны, звон цепей. В подвал заползли три закованных в средневековые цепи кровососа.
- Хотя бы светло будет! - обрадовался бандюган - под глазам мутантов сияли огромные "Фонари".
- Вот. Вот от них мы тебя, Боров, и будем спасать!

Стрелок ущёл, оставив около клетки Борова небольшой пакет, с наказом вскрыть в полночь. Он вскрыл. Там лещала маленькая новогодняя открытка с простенькой музыкальной схемкой.
Динь-динь дон
этот звон
в сказку нас зовёт
хорошо в санях кататься
в ночь под новый год!

- С новым годом, бандит!
На своей базе дошедшие до кандиции Долговцы собирались в спасательный рейд...

Завтра уезжаю на 2 недели домой, работы вычитывать начну с 1 февраля (повезет, то может что-то и дома смогу, но вряд ли). Интернет приостановят через 2 часа, если кто успеет за это время что-то выложить, прочту сейчас Всем удачи, успехов и хороших рассказов!!!

«Ну вот, опять в «Карусель» попал!» - вздохнул Меченый. В последнее время он очень часто попадал в аномалии. Можно сказать, по всей Зоне прошёлся и все капканы на себе унёс. С тех пор, как Сидорович скачал ему на ПДА тетрис, сталкер просто не могу оторваться от экрана, потому и не замечал смертельные аномалии. А это грозило ужасными последствиями. «Карусель» покрутила Меченого, а после «выплюнула» из себя. Сталкер грохнулся прямо на землю. Всё было ещё ужасней, чем он думал.
-Вот блин! Конец моей новенькой куртке! – выругался сталкер и сбросил истрёпанные куски ткани на землю. Теперь он был в одном «трофейном» свитере, в котором, конечно же, было намного холоднее.
Меченый, решив, что пора «вернуться» в Зону, положил ПДА в карман и побежал на территорию Бара. А зря, ведь тут же комп пикнул. Это был звонок с самого Кордона.
-Значит так, Меченый. – Раздался из динамиков компа голос Сидоровича. - Ты ведь сейчас на Агропроме, верно? Так вот, Так вот, прислали мне парни с Базы сообщение на ПДА, что решили вояки облаву устроить. На здание Агропрома отряд отправлен, всё там разгромит. В общем, я тебе кучу денег заплачу, а ты помогаешь нашим отбиться. Только сразу предупреждаю: врагов много, да и снаряжение у них не рогатки с дубинками.
-Это точно, - хмыкнул Меченый. – Когда они в прошлый раз решили меня дубинками убить, то крупно запалились. Больше такого не будет.
-В общем, давай, убей их, как ты обычно это делаешь.
«Как обычно не получится», - подумал про себя Меченый. – «Не взял я сегодня с собой РПГ». Отключив разговор с торговцем, сталкер свернул со своего обычного пути и побежал по проложенной кем-то тропинке. «Что-то я медленно бегу!» - подумал Меченый. Прищурив глаза, он вздохнул и ускорился. Потом ещё. И ещё. Спидометр на ПДА показывал 40 км/ч, 50, 60, 70. «Да, не тот бензин. Похоже, Сидорович опять «ЛУКОЙЛ» на водке разбавил. Хорошо, что не на Коле, а то я бы сейчас не только бежал, но и в воздух взлетал!» - подумал Меченый. Большим пальцем сталкер переключил экран компа на пеленгатор. Вояки уже на территории завода. «Не успеваю. Что же, сменим тактику!» - голосом знаменитого Марсельского таксиста сказал Меченый и свернул прямо к заводу. Тут же показались белые стены в ячейку. Поднапрягшись, сталкер закрыл глаза и, на всей скорости, проломил бетонную стену. Облака пыли и куски бетона с мрамором полетели в разные стороны. Меченый резко затормозил и откашлялся. Он не любил ломать стены, но перепрыгивать не хотелось – колючая проволока могла повредить серый свитер, который ему так бережно связал Волк.
Меченый протёр глаза и оценил обстановку. Шестеро вояк с АКМ неслись к нему с плохими намерениями, трое снайперов уже стреляли в голову. Сталкер, явно пародируя Нео, пропустил мимо себя все пули и, поймав одну зубами, отправил обратно, попав прямо в лоб снайперу на расстоянии десяти метров. Потом герой завис в воздухе и ударом ноги отправил сразу четырёх вояк в небо. Те, махая своими ногами и руками, завопили: «Твою мать!», «В меня попали!», «Тащите аптечку» и «Зацепило!». После Меченый достал из рюкзака батон и ударом по голове контузил солдата. Последнего солдата сталкер решил не мучить и просто разорвал напополам.
Одним прыжком запрыгнув на крышу здания, Меченый схватил одного снайпера и сбил им другого. «Страйк!» - невольно взбрело на ум. Сталкер вытер пот и спрыгнул со здания. Трупы вояк лежали на земле. Слишком просто.
-Хм, обычно эти военные морды хоть немного сильнее.– Удивился Меченый.
И тут, прямо на него, выехал огромный танк. Его дуло смотрело прямо в бесстрашные глаза сталкера. Меченый улыбнулся и прыгнул прямо на крышу танка. После, обычным консервным ножом вскрыл люк и прыгнул в кабину. Здесь его ждали двое вояк. Сталкер тут же достал консервную банку и, засунув её в рот солдату, ударил по черепушке. Зубы вскрыли консервы, а вояка упал на пол без сознания. Меченый усмехнулся и, приподняв крышку банки, выплеснул её содержимое на живого водителя танка. Тот усмехнулся.
-Ты меня едой собрался убивать?
-Это необычная еда. – Безжалостно улыбнулся сталкер. – Это тушёнка из «СтоРентгена»!
-Нет!!! – тело вояки моментально расплавилось.
Меченый вздохнул и выпрыгнул из танка. ПДА не показывало наличие других вояк. Значит, задание выполнено.
-Ну, пора к Сидоровичу, за деньгами! – Потянулся он и телепортировался на Кордон.
Между тем, на крыше здания Агропрома курили два сталкера. Молодой и Старый. Они видели всё, что происходило внизу.
-Что это было? – спросил Молодой.
-Это Меченый модами балуется! – усмехнулся Старый.

В дверь позвонили. Марина подошла к двери, глянула в глазок и, одобрительно хмыкнув, принялась отпирать замки. Вскоре в центре прихожей стоял, раздеваясь, человек средних лет, с тёмными волосами, в очках на тонком носу. Из-под очков сверкали зоркие глаза. В руках у человека был чёрный пакет.
- Ну, здравствуй, Кирилл, - сказала Марина.
- И тебе не хворать! Прекрасно выглядишь, - улыбнулся тот.
- Спасибо, - слегка смутилась женщина.
- Ну, так где Борька-то? Ты же не просто так звонила? – Кирилл посмотрел на неё поверх очков.
- Да уж не просто так, ты прав… - вздохнула Марина и кивком указала на дверь гостиной. – Здесь, в комнате, телик смотрит.
- Ну, пошли тогда…
Пройдя в гостиную, Кирилл увидел знакомую до боли обстановку, навевающую воспоминания о молодости. Диван, телевизор напротив, в углублении в книжном шкафу, чуть в стороне – два кресла перед журнальным столиком. В комнату через окно лился серый свет. Небо затянули тучи – скоро должен был пойти дождь. Деревья за окном качались под порывами лёгкого ветра.
Подойдя к дивану, Кирилл увидел человека примерно своего возраста. Это был блондин с приятным лицом, долговязый, словно железнодорожный рельс, и слегка сутулый. Сев на диван рядом с ним, Кирилл поставил пакет на пол и произнёс:
- А у вас, я гляжу, ничего не меняется. Всё по-старому. И ты, Борька, нисколько не изменился – всё такой же худой, высокий, ну натуральный скелет из кабинета биологии.
- А чего ты хочешь? При таком-то питании… - Боря укоризненно глянул в сторону жены.
- Что по телику нынче крутят? – Кирилл кивнул в сторону телевизора. – Я-то его почти не смотрю…
- Да так, фильм документальный. Про чернобыльскую Зону Отчуждения.
- Так, Кирилл, хватит разговаривать, - подойдя к окну, Марина задвинула шторы. - Я же тебя пригласила не для того, чтобы ты телевизор смотрел да с Борькой телепередачи обсуждал. Садись, - Марина сделала приглашающий жест в сторону одного из кресел около журнального столика.
Крякнув, Кирилл поднялся с дивана и, пройдя к креслу, плюхнулся в него. Устроившись поудобнее, он устремил свой взор на севшую во второе кресло Марину.
- Ты говорила, что это не телефонный разговор. Ну, давай, рассказывай, что у вас здесь приключилось.
Марина, посмотрев в сторону мужа, решила, что ему не помешает слышать их с Кириллом разговор. Собравшись с мыслями и тяжело вздохнув напоследок, она начала говорить:
- Ты психолог да ещё наш лучший друг, поэтому я могла обратиться за помощью только к тебе. За последние годы многое изменилось. Я стала замечать за Борькой странности. Я не знаю, может, это связано с его командировками. Его ведь посылали сначала в Беларусь, затем, почти сразу, на Украину, на международную выставку редких папоротников. Он же у меня ботаник, ты и сам знаешь. Вот, не удержался, привёз один экземпляр. Борь, как, ты говорил, он называется?
Бросив лукавый взгляд в сторону жены, Борис проронил:
- Листовник спиртовой.
- Во-во, чуешь запах специфический?
- Ну, ещё бы! – Кирилл, втянув носом воздух, с шумом вздохнул. – Кстати, а я не слышал про его командировки.
- Так ты ж тогда в Албанию уезжал, на съезд психологов, сам же мне говорил.
- А-а, точно, забыл просто…
- Так вот, после того, как Боря вернулся, он стал каким-то странным.
- То есть?
- А вот слушай. Ехали мы как-то с рынка на автобусе, картошку купили, лук… Тут на остановке заходит женщина, говорит, я, мол, контролёр, сейчас билетики проверять буду. Ну, с Борькой вдруг что-то неладное произошло: он заметался, по поясу начал шарить. Потом картофелину схватил и тётке этой в лоб запулил. Я его за руку схватила, а он вырвался, ведро какое-то из-под сиденья кондукторши выдернул, на башку напялил и ведром вперёд из окна выпрыгнул.
- А ведро-то зачем ему понадобилось? Чтобы стекло разбить, голову не повредив?
- Да у него голова, что в ведре, что без ведра повреждена. Он же ведь и спит теперь только с ведром на голове. Говорит: «Без него мне кошмары снятся». Ну, форменный дурдом!
- Да уж… - Кирилл снял очки с переносицы и, дыхнув на стёкла, принялся их протирать.
- Ну так вот… про случай в автобусе. Стекло, значит, вдребезги, контролёрша на полу в полной прострации, а Борьки и след простыл. Кирилл, скажи: с точки зрения психологии как его поведение объяснить?
- Ну-у-у, это довольно непростой вопрос. Скорее всего, дело в очень редкой фобии, встречающейся у одного человека из тысячи – панической боязни людей в … м-м-м… скажи, а она в джинсах была, контролёрша эта?
- Да, вроде бы. А что, это как-то влияет на… - Марина кивнула в сторону мужа.
- Я бы сказал, усугубляет… э-э-э… ситуацию. Ты не могла бы сказать, как в точности вела себя контролёрша?
- Ну, она к Борьке руку протянула, тут он и встрепенулся.
- А-а, ну тогда понятно. Вероятно, это последствия… э-э-э… некой душевной травмы, которую он перенёс в детстве. Он ещё себя как-то странно вёл?
- Конечно! Он стал слишком часто ходить к учителю физики, в школу, где сын учится. Вроде и не вызывали, а ходит чаще, чем мусор выносит. Физик у сына классный руководитель, Степан Сидорович его зовут.
- Пьют, может, вместе? – ухмыльнулся Кирилл. – А Сидорович этот не алкоголик, не знаешь?
- Да нет вроде. Приличный мужчина, в летах. Вряд ли, конечно… А-а, кстати, вот ещё что было, со Степаном Сидоровичем связанное. Летом мы с детьми на море отдыхали. Загораем как-то на пляже, Борька мне спину кремом мажет. Спокойно всё… И тут дочка прибегает. Говорит, трёх медуз видела, хотела их сфотографировать, но когда к берегу за фотоаппаратом побежала, чуть на морского ежа не наступила. Чувствую, на спину чуть ли не весь тюбик крема выдавили. Оглядываюсь, а муж со словами: «Ну, Сидорыч, держись! Будет тебе что-то стоящее!» полотенце пляжное схватил и почесал к воде, только пятки засверкали. Вот я и подумала: зачем Степану Сидоровичу понадобились медузы и морские ежи? Борька их целое полотенце притащил.
- А он точно учитель физики, Сидорович-то? Может, всё-таки биологии, раз так интересуется морскими обитателями?
- Да нет, точно нет! - Марина помотала головой. – Физику он там преподаёт.
- А-а-а, ну тогда мне всё понятно! – Кирилл усмехнулся. – Борька ходил-ходил к Степану Сидоровичу, они вместе водку пьянствовали, селёдкой заедали. Но потом Сидоровичу селёдка надоела, он и попросил Борю привезти с моря «что-то стоящее»,
деликатесы морские. Ну, точно алкоголик твой Сидорыч.
- Не мой, а Борькин, - Марина качнула головой в сторону дивана.
Скосив глаза, Кирилл увидел, что Боря, отвернувшись, хохочет в рукав. Марина этого не заметила.
- Так вот, на следующий день после того циркового представления на пляже мы решили пойти в парк аттракционов. Дети захотели покататься. Я говорю: «Купи билеты на карусель». А он мне: «Детей же разорвать может!» Я удивилась: «В смысле вырвать… на кого-нибудь?» А он: «В смысле разорвать. Вообще». Ну, я, естественно, снова удивилась: «Ты чего несёшь?» Он говорит: «Да вот смотри!», достаёт зачем-то болт, знаешь, большой такой, железнодорожный, и кидает его в карусель. В вертящуюся. Болт и отскочил с ускорением. В окошко кассы. Через минуту дверь открывается и оттуда выходит женщина с двумя половинками очков, посередине расколотых. А на переносице в индийском стиле синяк, от Борькиного болта. Извиняться за него пришлось… Вот скажи, что с ним творится? Люди ведь страдают: сначала контролёрша, затем кассирша.
- И опять же корни проблемы могут уходить в детство. Может, его так же пугали родители, не давая кататься на карусели, - с невинным выражением на лице предположил Кирилл.
- Но ведь и это ещё не всё! У него начались проблемы с пищеварением, аппетит периодически пропадает. Он больше не ест некоторые блюда, которые раньше любил. Приготовила ему холодец, а он говорит: «Кислоту жрать не буду!» Я и подумала: а вдруг у Борьки кислотность в желудке повышена? Раньше газировку пил, кисели я делала – всё съедал. А теперь на кислотность эту клятую ссылается.
- Да, может быть, может быть, - Кирилл полунасмешливо глянул в сторону Бориса. – Ну, так это всё? Или ещё что-то есть? «Стоящее»?! Хе-хе!
- Да ты слушай дальше! 31 декабря, Новый год на носу. Я всё приготовила, накрыла на стол, решила бутылку водки достать из заначки. Гляжу, а она пустая лежит. Я всё сразу поняла, говорю: «Иди за бутылкой, гости ведь скоро придут!» Он сходил к себе в комнату, какие-то шприцы принёс в красной упаковке и говорит: «Этим вот вернее будет».
- Мда-а… - протянул Кирилл, - …тяжёлый случай.
- Ну всё, справили честь по чести. Гости ушли, мы спать легли. А тогда год Крысы наступал, ну, я под ёлку и положила большую плюшевую крысу. А ночью просыпаюсь и вижу – Борька идёт к мусорному ведру, крысу плюшевую за хвост тащит и приговаривает при этом: «Крысиные волки у меня дома жить не будут!» Он, наверное, попить захотел посреди ночи, а потом и наткнулся на крысу-то. А уж что там в его бедную голову взбрело, это только ему и известно. Я-то на всякий случай утром сделала вид, что ведро выношу, а сама «крысиного волка» вынула и в кладовку спрятала.
- Да-а-а… - Кирилл потёр натёртую очками переносицу, - …весьма интересно.
- Ну, в общем, в заключение ещё одна вещь, которая стала для меня последней каплей и заставила позвонить тебе.
- Ну-ка, ну-ка, что он ещё…- Кирилл отрывисто взглянул на Бориса, - натворил?
- Вот, буквально позавчера купила кальмаров, решила их сварить по рецепту, подруга посоветовала. Выложила на стол, только на минуту отлучилась, гляжу – их уже и нет, будто испарились. И Борька испарился. Часов на пять. А как вернулся, я у него прямо с порога спросила, куда он ходил. И что бы ты думал? В школу его, видите ли, опять вызывали. Пять часов сидел там.
- И кто вызывал, Сидорович, небось?
- Ну, а кто же ещё-то?
- Опять, наверное, просил что-то «стоящее»? Что-то повкуснее медуз?
- Во-во. Так, скорее всего, и было. Кирилл, ты уж сделай что-нибудь, поговори с ним.
- Ну что ж, поговорю, конечно! – сказал Кирилл, немного подумав. – Только у меня условие: разговор должен быть с глазу на глаз. Ты иди, к соседке сходи пока.
Марина, вздохнув, посмотрела на мужа.
- Хорошо…- встав, она вышла из комнаты.
Подождав, пока хлопнет дверь, и выглянув на всякий случай в коридор, Кирилл подошёл к дивану и, взяв пульт, выключил телевизор. Усевшись рядом с Борей, он проговорил:
- Да уж, Барбарис, ну ты и наворотил делов… Ну скажи мне, на кой хрен ты понёс эти щупальца Сидорычу? Мы же договаривались, что ты будешь их мне отдавать. У меня каналы есть, по которым продать можно дешевле, чем у Сидора.
- Да, блин, Психолог! Он мне скидку хорошую обещал.
- Ладно, посмотрим… Ну, а этот листовник спиртовой? Может учёным в НИИ отнести? Или Сидорычу? Листовник же спиртовой, старик это оценит.
- Да не-е-е, - Барбарис отрицательно покачал головой. – Никакой это не листовник, чернобыльник это обыкновенный. А спиртом пахнет потому, что я его водкой дезинфицировал. Слушай, Психолог, а ты-то чего-нибудь надыбал?
- Обижаешь! Тут на территории военной части толпу снорков видел, бежали куда-то. И вояка около штаба стоял, прятался, наверное.
- А чего он один-то был? – озадаченно спросил Барбарис.
- Так военные сборы сейчас идут, у школьников-старшеклассников. Твой-то Сашка тоже, наверное, в них участвует, правда, я его там не успел увидеть, раньше ушёл. Ну а вояки за своими группами и приглядывают. А этот отбился, наверное. А за снорками никто не присматривает. В общем, я одного из них подкараулил, напал на него и стопу ему оторвал. Только у них там где-то контролёр сидит, в штабе, наверное. А то снорк-то этот говорить вроде начал, от страха: «Дядя Кирилл, отпусти!!» Ну, я стопу оторвал и отпустил.
С этими словами Психолог достал из пакета здоровенный солдатский берц и показал Барбарису.
- Вот, зацени! – гордо выпятив грудь, Кирилл протянул вещь Борьке.
- Вижу, улов у нас неплохой! Собирайся, сейчас к Сидорычу пойдём. Я пока пойду комбез надену, а ты на всякий случай листовничек-то возьми, пусть он в «сухие» дни его нюхает.
Экипировавшись, двое друзей вышли на лестничную площадку.
- Сейчас, подожди, я пузырь водки на всякий случай захвачу, порадуем старика.
Барбарис скрылся в недрах квартиры. Психолог посмотрел в пролёт лестницы – где-то в районе четвёртого этажа грохотал мусоропровод. Затем он подошёл к квартире напротив и прислушался.
- Оль, ты знаешь, я скоро с ума сойду от его выходок! – раздавался приглушённый дверью голос Марины. – Я уже не знаю, что с ним делать! Вот сейчас Кири…
- Давай, пошли! – Барбарис вышел на площадку и хлопнул дверью.
- Да тихо ты, сдурел, что ли?! – шикнул на него Психолог и снова прислушался.
- …го это хлопнуло? Может, у Самсоновых? – спрашивала Марина.
- Так они ж третью неделю в отпуске… Да нет, у вас скорее всего.
Раздались приглушённые шаги.
- Идёт! – одними губами произнёс Психолог.
- Давай в лифт! – Борис метнулся к спасительным створкам.
- Ты точно охренел! – Психолог схватил друга за рукав. – Антигравитация, забыл?!
Не сговариваясь, друзья бросились вниз по лестнице. Пробежав беззвучно два этажа, прижались к стене - наверху открылась дверь.

Марина выглянула на площадку. Дверь в её квартиру была закрыта. Подойдя к пролёту, женщина посмотрела вниз. Где-то там гремел мусоропровод. Подойдя к двери в свою квартиру, Марина несколько раз нажала кнопку звонка. Пошарив по карманам, она поняла, что ключ оставила дома. Начиная догадываться, куда исчез её муж, Марина вздохнула и со словами: «Ох, ну и доберусь я когда-нибудь до этого Сидоровича!» подошла к квартире Ольги и позвонила в дверь. Открыв дверь, соседка, вопросительно взглянув на Марину, спросила:
- Ну как? У кого хлопнуло-то?
- А ты догадайся с трёх раз! Кирилл-то ушёл, наверное, а Борька, скорее всего, опять в школу что-нибудь «стоящее» понёс! – воскликнула Марина, проходя в квартиру подруги и захлопывая дверь. – Как бы мне не пришлось сегодня у тебя ночевать…
- Так что ты там говорила про парк аттракционов? – спросила Ольга
Обе женщины скрылись в гостиной.

- … опять в школу что-нибудь «стоящее» понёс!
Наверху хлопнула дверь. Всё стихло, лишь где-то внизу кто-то продолжал упорно греметь мусоропроводом.
- Пошли, быстро! – Кирилл подтолкнул Борю в спину.
Проходя четвёртый этаж, они увидели трёх мальчуганов, которые возились около отверстия мусоропровода. Обернувшись, ребята, раскрыв рты, уставились на двух странного вида мужчин в необычной одежде и с рюкзаками за спиной.
- Первоходы! Шляются тут вечно, делать им нечего, - проворчал себе под нос Барбарис.
Психолог лишь подтолкнул его в спину:
- Топай, давай, ветеран!
Спустившись до первого этажа, друзья подошли к выходу из подъезда и, толкнув дверь, вышли на улицу. В лицо ударил порыв ветра. По земле барабанил дождь. Тяжёлые капли падали на серый асфальт, на автомобили, припаркованные неподалёку, стекали с листьев, колышущихся на ветру. Психолог и Барбарис глубоко вдохнули посвежевший воздух и, украдкой бросая перед собой болты, скрылись за пеленой дождя.

День 1.
-Зачем ты это сделал, Шарик? – я помахал пустой банкой из-под тушёнки перед лицом своего пса – а что теперь мне кушать? Вот это?
Я достал из рюкзака, давно закаменевший пасхальный каравай.
-Я не буду это есть, Шарик, потому что это не еда. Это уже раритет.
Пёс понуро опустил голову и, развернувшись, медленно поплёлся назад.
-Ну и катись! Как-нибудь без тебя проживу! – я попытался откусить от каравая. А, этот зуб всё равно шатался…
День 2.
За полчаса, проведённых без Шарика, я серьёзно пересмотрел своё поведение. Походив вокруг каравая кругами, я осознал, что бриться не обязательно, потому что в бороде можно хранить пищевые крошки на «чёрный день». Женщина – не млекопитающее, а аномалия, потому что войти в неё легко, а выйти без последствии - очень проблематично.
Собака – друг человека ровно до тех пор, пока не покушается на других человеческих друзей – холодильник, телевизор.
Вскоре Шарик вернулся – со здоровой плетёной корзиной в зубах. Корзина была доверху наполнена едой и высококачественным алкоголем.
-Шарик, ты что, оазис нашёл? Или супермаркет ограбил?
Пёс вильнул хвостом и поставил корзину у моих ног. Я потянулся к пакету с картофельными чипсами, и в этот момент Шарик вместе с корзиной растворился в воздухе. Мираж. Пора заканчивать курить опиум…
День 3.
Шарик не прибежал. Опиум закончился, а вместе с ним пропал телевизор с мультиками, Тётя Соня и хорошая погода. Как не стыдно, но становиться стыдно за то, что прогнал пса. С другой стороны, потом бы он прогнал меня.
День 4.
Пытаюсь доконать каравай. Похоже, он превратился в артефакт, потому что стал хуже пахнуть и выделять специфический сок. Плачу, потому что заканчивается вода.
День 5.
Проходящие мимо монстры шарахаются от меня за километр – я окончательно оброс, перестал мыться из дождевых луж, почти забыл человеческую речь. По крайней мере, «синхропозатрон» и «менчендайзер» выговорить не могу.
День 6.
На повестке дня два вопроса – где взять покушать и что делать с летающими над головой птицами. Их ещё, кажется, Стервятниками зовут.
День 7.
Проходящий мимо квад «Долга» подобрал меня и передал профессору Сахарову на Янтарь. Посадили в гигантскую пробирку, кормят дождевыми червями. Профессор говорит, что скоро меня будут препарировать. Интересно, что это значит?
16.1.2010.