ОМСКУ Город разлегся собакой на сене; Дождь, ты его посильнее облей! Я покупаю билет лотерейный На последние пять рублей. Не из-за похмелья на мне нет лица; Скребу лотерейку ногтем, как у тигра. Господи, пусть хоть что-то обломится! Хоть на телефонную карту выиграть... Город, нахмуренный и неловкий, Зол, что я в нем живу - Мне до тебя три остановки, А дозвониться - как в Москву. Когда твоя жизнь, что ни день - темнее, Веришь в удачу - может, поможет... Мне никогда не везло в лотерее, Впрочем, в любви - тоже.
Валерий Котеленец
* * * Вода огонь в себе таит, как ангелы — чертей. И жизнь большая состоит из маленьких смертей.
Снедая дух, пирует плоть. Слепы поводыри. И бьётся запертый Господь у каждого внутри.
* * * К друзьям наведываясь в гости, как оттянувший плечи груз, в прихожей вешаю на гвоздик свою поношенную грусть.
Я отхожу, отогреваюсь, шучу со всеми наравне. И понемногу забываюсь. И так легко бывает мне.
А грусть, покуда не тревожа, на время душу не садня, висит на гвоздике в прихожей и дожидается меня.
* * * Мир накренился в крутом вираже. Небо трещит от созвездий. Счастье живёт на шестом этаже в нашем подъезде.
Надобно только очнуться душе и воспарить невесомо... Счастье живёт на шестом этаже пятиэтажного дома.
Поэт, про которого сказали просто "Его стихи ДОЛЖЕН прочесть каждый поэт". Этим всё сказано. Один из величайших лириков ушедшего в небытие СССР, гений, окончивший свою жизнь бомжом...
АРКАДИЙ КУТИЛОВ
ИДЕАЛ Она (любимая) должна быть бескорыстна, безобманна, верна, прелестна и умна... Формат - желательно карманный...
Чтоб ты не сох, не ревновал, и был с любимой вечно рядом: достал, включил, поцеловал, дал горсть конфет - и снова спрятал.
Ты, возжелавший знать, Но страшащийся дум, Отяготивший ум Тем, что не смог понять, Ты, чья сила слаба, Как огонек свечи, Бойся сказать в ночи Правильные слова.
- Бедный он, всему верит. - Это мы бедные, что ничему не верим...
Фотоальбом Старый достал я фотоальбом, Подаренный другом моим. Зона, Кордон, стоим мы двоём. Каким же он был, молодым… А вот кровосос, убитый в бою, Когда проверяли подвал. Фотограф прикрыл, спину мою И верным другом, мне стал. Дальше на снимках, наши друзья Вот Волк, Промокашка, Кабан Живыми ещё, помню их я, Который уж год миновал. Кедр, Петро, Одноглазый (Максим). Про него я слышал рассказ, Как-то он гайку кинул в «Трамплин» И вернулась она, ему в глаз. Вошел тогда в бар, с гайкой в глазу И всем говорит: — Красота, Теперь я в Зоне, всюду пройду, Аномалии видят глаза… Дальше листаю я фотоальбом, Рассматривая снимки его. Зомби, снорки, смотри-ка Гудрон, Любивший словечко: — Чяво? «Свалка», «Янтарь» и псевдогигант, Так тупо стоящий в воде. У друга на снимки, редкий талант. И не думал никто о беде. Тогда в первые, в Зоне шёл снег. Мой друг спешил на «Кордон»… Стая слепцов, напала на след… И остался он, без патрон… Так и погиб, Фотограф, мой друг. И как память о нём берегу, Прямо у сердца, прямо вот тут, Его снимок последний — «Кровь на снегу».
Добавлено (29.06.2011, 08:09:55) --------------------------------------------- Выброс Огонь погас, когда туман, Пришедший с предрассветным ветром, Погнал клубами над травой, И шлейф укрыл всё метр за метром. Под серебристой пеленой Исчезли жарки и трамплины. Осталась крыша блокпоста И бруствер из песка и глины. Над ним уже не реял флаг, Чертя кривую тень вдоль поля, Виднелась пулевая цепь Поверх написанного «Воля». Итог очередной войны, Очередного передела. А зона даже в этот миг Отреагировать успела. Туман укрыл следы боёв, Как будто не гремели взрывы, И над изорванной межой Взвилися сосны горделивы. И в довершении всего Над Припятью сверкнуло красным. И зона замерла на миг, Нас взором обводя бесстрастным.
Вот два стихотворения о войне, которые мне очень нравятся.
Юрий Шмидт Сколько было боев...
Не простившись с женой, он ушел на войну; Был уверен, за правое дело. Твердо знал, что от белых спасает страну, И за это сражался он смело. Сколько было боев, сколько крови лилось, Сколько было израненных судеб. Сотни выжженных сел ему видеть пришлось, Больше этого видеть не будет. По бескрайним степям, «белых» гнал его взвод, Окружили, враги не прорвались. Всюду пули свистели, строчил пулемет, И без всадников лошади мчались. Но один ускакал, он помчался за ним, Рубанул его шашкой с размаха. Всадник навзничь упал, вся рубаха в крови, Только это отцова рубаха. Как на свадьбу ему ее вышила мать, С этих пор, он носил ее всюду. Над отцом он склонился, лишь смог прошептать: «Как же, батя, я жить теперь буду?» Расстегнул кобуру, палец лег на курок, Произнес: «Вы простите, родные». Пуля, словно ждала, и пробила висок, Лишь качнулись цветы полевые. Всех убитых собрали, кто свой, кто чужой, Похоронены, в общей могиле. Сколько судеб загублено этой войной В никому непонятной России.
Алексей Сурков Утро Победы
Где трава от росы и от крови сырая, Где зрачки пулеметов свирепо глядят, В полный рост, над окопом переднего края, Поднялся победитель-солдат. Сердце билось о ребра прерывисто, часто. Тишина... Тишина... Не во сне - наяву. И сказал пехотинец: - Отмаялись! Баста!- И приметил подснежник во рву. И в душе, тосковавшей по свету и ласке, Ожил радости прежней певучий поток. И нагнулся солдат и к простреленной каске Осторожно приладил цветок. Снова ожили в памяти были живые - Подмосковье в снегах и в огне Сталинград. За четыре немыслимых года впервые, Как ребенок, заплакал солдат. Так стоял пехотинец, смеясь и рыдая, Сапогом попирая колючий плетень. За плечами пылала заря молодая, Предвещая солнечный день.
Ты меня не догонишь, друг. Как безумец, в слезах примчишься, а меня - ни здесь, ни вокруг...
Ужасающие хребты позади себя я воздвигну, чтоб меня не настигнул ты!
Постараюсь я все пути позади себя уничтожить, ты меня, дружище, прости!..
Ты не сможешь остаться, друг... Я, возможно, вернусь обратно, а тебя - ни здесь, ни вокруг.
(Juan Ramon Jimenez)
* * * Я так давно родился, Что слышу иногда, Как надо мной проходит Студеная вода. А я лежу на дне речном, И если песню петь — С травы начнем, песку зачерпнем И губ не разомкнем.
Я так давно родился, Что говорить не могу, И город мне приснился На каменном берегу. А я лежу на дне речном И вижу из воды Далекий свет, высокий дом, Зеленый луч звезды.
Я так давно родился, Что если ты придешь И руку положишь мне на глаза, То это будет ложь, А я тебя удержать не могу, И если ты уйдешь И я за тобой не пойду, как слепой, То это будет ложь. 1938
НЕ знаю, кто сочинил столь "трагическое" стихотво- рение, но мне нравиться!
Муха села на варенье Вот тебе стихотворенье...
Добавлено (30.10.2011, 15:37:23) --------------------------------------------- А, ещё вот... Расколет воздух набат - Какие странные дни Париж как спелый гранат Ложился в ладони твои А ты был пьян без вина Не помышляя о том Что всё, что дарит война Не завершится добром.
не подходи ко мне, Я НЕУДАЧНИК! (уже 3-я баня за месяц!)
Мы славно гуляли в республике вашей, Мы доллары черпали полною чашей. Пока вы тут пили, мы вас разорили, Заводы продали, богатыми стали. И вам всем «здоровья», «живите богато», А мы отправляем ресурсы на запад. И чтобы ни крошки у вас не осталось, И чтобы здоровых детей не рождалось. За ваши ресурсы дадим мы вам шприцев, И спирта цистерны, до смерти упиться. Наркотики в вены вливайте «богато», Валяйтесь, как свиньи, вблизи вашей хаты. Для нас вы все быдло: дерьмо, папуасы, Зачем папуасам земные запасы? Вы слышите, свиньи, мы стали богаты, Мы скоро отнимем у вас ваши хаты. Дадим казино, сигареты, секс-фильмы. Курите и пейте, рожайте дебильных. Больные, уроды для нас не опасны — Мы их уничтожим поддельным лекарством. Вы все постепенно умрете бомжами, И долю такую вы выбрали сами. И ваша земля, нам нужна без народа. Мы вас похороним в любую погоду. Так будьте «здоровы», «живите богато», Насколько позволит вам ваша зарплата. А если зарплата вам жить не дозволит — Так вешайся, быдло, — никто не неволит. Автор неизвестен - Бедный он, всему верит. - Это мы бедные, что ничему не верим...
На холмах Грузии лежит ночная мгла; Шумит Арагва предо мною. Мне грустно и легко; печаль моя светла; Печаль моя полна тобою, Тобой, одной тобой... Унынья моего Ничто не мучит, не тревожит, И сердце вновь горит и любит - оттого, Что не любить оно не может.
Стихи, сочинённые ночью во время бессоницы.
Мне не спится, нет огня; Всюду мрак и сон докучный. Ход часов лишь однозвучный Раздается близ меня, Парки бабье лепетанье, Спящей ночи трепетанье, Жизни мышья беготня... Что тревожишь ты меня? Что ты значишь, скучный шепот? Укоризна или ропот Мной утраченного дня? От меня чего ты хочешь? Ты зовешь или пророчишь? Я понять тебя хочу, Смысла я в тебе ищу...
- Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром, Французу отдана? Ведь были ж схватки боевые, Да, говорят, еще какие! Недаром помнит вся Россия Про день Бородина!
- Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри - не вы! Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля... Не будь на то господня воля, Не отдали б Москвы!
Мы долго молча отступали, Досадно было, боя ждали, Ворчали старики: "Что ж мы? на зимние квартиры? Не смеют, что ли, командиры Чужие изорвать мундиры О русские штыки?"
И вот нашли большое поле: Есть разгуляться где на воле! Построили редут. У наших ушки на макушке! Чуть утро осветило пушки И леса синие верхушки - Французы тут как тут.
Забил заряд я в пушку туго И думал: угощу я друга! Постой-ка, брат мусью! Что тут хитрить, пожалуй к бою; Уж мы пойдем ломить стеною, Уж постоим мы головою За родину свою!
Два дня мы были в перестрелке. Что толку в этакой безделке? Мы ждали третий день. Повсюду стали слышны речи: "Пора добраться до картечи!" И вот на поле грозной сечи Ночная пала тень.
Прилег вздремнуть я у лафета, И слышно было до рассвета, Как ликовал француз. Но тих был наш бивак открытый: Кто кивер чистил весь избитый, Кто штык точил, ворча сердито, Кусая длинный ус.
И только небо засветилось, Все шумно вдруг зашевелилось, Сверкнул за строем строй. Полковник наш рожден был хватом: Слуга царю, отец солдатам... Да, жаль его: сражен булатом, Он спит в земле сырой.
И молвил он, сверкнув очами: "Ребята! не Москва ль за нами? Умремте же под Москвой, Как наши братья умирали!" И умереть мы обещали, И клятву верности сдержали Мы в Бородинский бой.
Ну ж был денек! Сквозь дым летучий Французы двинулись, как тучи, И всё на наш редут. Уланы с пестрыми значками, Драгуны с конскими хвостами, Все промелькнули перед нам, Все побывали тут.
Вам не видать таких сражений!.. Носились знамена, как тени, В дыму огонь блестел, Звучал булат, картечь визжала, Рука бойцов колоть устала, И ядрам пролетать мешала Гора кровавых тел.
Изведал враг в тот день немало, Что значит русский бой удалый, Наш рукопашный бой!.. Земля тряслась - как наши груди, Смешались в кучу кони, люди, И залпы тысячи орудий Слились в протяжный вой...
Вот смерклось. Были все готовы Заутра бой затеять новый И до конца стоять... Вот затрещали барабаны - И отступили бусурманы. Тогда считать мы стали раны, Товарищей считать.
Да, были люди в наше время, Могучее, лихое племя: Богатыри - не вы. Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля. Когда б на то не божья воля, Не отдали б Москвы!
Мир — это зеркало, которое показывает каждому человеку его собственное отражение. Теккерей У.
Сообщение отредактировал FightMaster - Вторник, 22.11.2011, 19:23:14
Вук, согласен! Этот стих мне больше всего из его поэзии нравиться. А вообще мне все стихи нравятся (Из авторов начала 20-го века), только Блок у меня не то что плохие ассоциации вызывает, а, извиняюсь, отвращение. Совершенно не нравятся мне его стихи. Совершенно.
Мир — это зеркало, которое показывает каждому человеку его собственное отражение. Теккерей У.
Позвольте, покажу вам стих, неизвестного мне автора, он мне очень понравился, зацепил:
Автор Неизвестен.
Букет...
Несу букет цветов, подруга К тебе, чтоб радость принести Глаза искали друг у друга Любовь не ведает границ
Твои глаза - свели с ума Меня, а может и друзей Все не сказанные слова Им не понять, увы, моей
Ты греешь взглядом под окном Мой силуэт в размытых тенях В весны приходе в каждый дом Любви найду я тяжко бремя.
Когда ты родился, ты один плакал, а все вокруг радовались. Проживи свою жизнь так, чтобы когда ты будешь умирать, все вокруг плакали, а ты один улыбался. Индийская мудрость.
Сообщение отредактировал [Gocker][MaN] - Суббота, 26.11.2011, 21:23:09
Вот уже больше года люблю это стихотворение. Оно про меня как будто. Константин Бальмонт. "Я ненавижу человечество"
Я ненавижу человечество, Я от него бегу спеша. Мое единое отечество - Моя пустынная душа. С людьми скучаю до чрезмерности, Одно и то же вижу в них. Желаю случая, неверности, Влюблен в движение и стих. О, как люблю, люблю случайности, Внезапно взятый поцелуй, И весь восторг - до сладкой крайности, И стих, в котором пенье струй.
А также: Иосиф Бродский. "Назидание", строфа VII
Никто никогда ничего не знает наверняка. Глядя в широкую, плотную спину проводника, думай, что смотришь в будущее, и держись от него по возможности на расстояньи. Жизнь, в сущности, есть расстояние - между сегодня и завтра, иначе - будущим. И убыстрять свои шаги стоит только ежели кто гонится по тропе сзади: убийца, грабители, прошлое и т. п.
Из более современного: Алексей Никонов (у него вообще многие стихи мне нравятся, но если я тут какое-либо из большинства запощу, тут же схлопочу законный бан).
По моему подоконнику стекают капли дождя и нет ничего проще, чем рассказать о красоте падения этой капли, высоте её измерения. Каждую долю мгновения тормозя время надо ли выражать? Жаль, если это действительно надо. Справа и слева Финский залив. И в этом такая правда, как в том, что шевелится лифт в доме напротив. Живёт шизофреник, умирают герои или мещане. Это не озлобленность, поверьте, это отчаяние.
Ну и напоследок. Кирилл Иванов (лидер группы "Самое большое простое число"). "Рождество"
Милый друг, ничего не бойся. Это просто такая игра. Каждое рождество вместо Деда Мороза. К самым честным детям приходят доктора.
Вместо хвои - цветное лекарство, Вместо фольги - тревожный сон. Милый друг, небесное царство - Единственный подарок, который обещал нам он.
И там тебя ждет настоящий Дед Мороз. Те, кто говорят, что его нет - врут. И я приду с твоим медом и роем ос. Здесь мне без тебя не протянуть и 5 минут.
Милый друг, закрывай глаза. Сладкое лекарство, чтобы внутри ничего не билось. На улице - салют, над елкой горит звезда, А во всем мире как будто ничего и не изменилось.
ну конечно, поэзия Пушкина...что может быть прекрасней, тем более Пушкина так никто и не переплюнул ещё потрясающие стихи у Шекспира, но правильней сказать, сонеты также стоящим поэтом можно назвать Лермонтова, хоть и стихи у него на протяжении почти всей жизни пессимистичны, и мир представлен пустыней интересно, когда и кто сможет удивить нас необычайно красивой поэзией, превосходящей любого гениального поэта тех былых времён?:)
*** Вот и окончен детства бал. Ну, здравствуй взрослый мир. О, как просторен жизни зал! Как жаль, я не Шекспир... Не описать все краски лет, Всю прелесть их, простор Я начинающий поэт, Но жажду дать отпор!
Электронные книги, находящиеся на данном сайте, были найдены в сети интернет, как свободно распространяемые или присланы различными пользователями.
Файлы предоставлены исключительно для личного пользования в ознакомительных целях. Их дальнейшее сохранине и/или распространение запрешено!
Вы должны незамедлительно удалить их сразу после ознакомления с содержанием. Так же мы вам рекомендуем приобрести печатную версию книги.
Все авторские права на вышеупомянутые книги сохраняются за правообладателеми. --> Для правообладателей <--
