Путеводным звёздам нашей жизни посвящается:

ПЕРВЫЙ ШАГ

Бумммм!- поток жгучей боли мутной волной прокатился по телу, глухо разбился об кости черепа, и пронзив мозг миллионом огненных иголок отдался эхом в нервных окончаниях зубов остывая там.
Буммм - пауза - Буммм! – жидкое пламя боли опять прошлось по телу, кувалдой ударяя в голову. Что это? За что такая мука?!
Буммм, буммм, буммм! - волны боли перерастали в прибой, грозя раздавить сознание, как зыбкий песчаный замок на берегу моря. У боли появился ритм и периодичность. Она выбросом вулкана возникала в груди и оттуда разливалась по всему телу находя даже самую затурканную клеточку организма. Болело всё: кожа, мышцы, сухожилия, кости, внутренние органы, мозг, глаза. К стати глаза. Их же можно и открыть. Сделав над собой усилие я попробовал это сделать. Мучительно медленно, словно тяжёлые, ржавые створки ворот открывались веки. Сначала совсем узенькая светлая щёлочка постепенно перерастала в белое сияние. Боль в голове резко усилилась, и я наконец понял что ритм - это удары сердца, но от этого понимания муки нисколько не убавилось. Привыкнув к яркому свету я начал воспринимать виденное. Мягкое осеннее солнце стояло высоко. Перефокусировав глаза стало ясно, что движущиеся зелёные пятна это листья куста наклонившего свои ветки над мною. Судя по виденному и исходя из перспективы я лежал на спине. Я? Кто такой я? Ответить на этот вопрос заданный самому себе мне пока не удалось. Ну ничего, эту проблему отложим на потом. Главное что я жив! ЖИВ? Наверное всё-таки да! Только живой человек может думать - сказал я самому себе, пытаясь себя же и убедить. Откуда-то и недр памяти всплыла фраза « В Зоне далеко не каждое живое существо способно думать, а способность думать присуща далеко не только живым ёё созданиям.» ЗОНА! Лязгнув, механизм памяти заработал, набирая обороты. Страшные картины последних дней в полном беспорядке наполнили мозг:

Плотной группой, прикрывая спины один одному, мы идём по тёмному, сырому подземелью. Воняет гнилью, под ногами хрустит битое стекло.

Шестеро парней, одетых в бронекостюмы высшей степени защиты, пытаются открыть ржавую до безобразия, толстую дверь. На двери полуоблупившаяся надпись « ЛАБОРАТОРИЯ Х-23-Б. ВХОД ТОЛЬКО ПЕРСОНАЛУ!»

Сидим в светлом кабинете. Полковник разведки с недовольной рожей смотрит в окно, а особист в сером костюме сипит спитым басом стоя перед нами:- Во что бы то не стало найдите этот компьютер, и сняв с него всю информацию, взорвите его ко всем чертям!

Темно. Страшно. Я иду, но моими ногами двигаю не я! Хочется вопить от ужаса, забиться от страха хоть куда, хоть под камень, хоть под бетонную плиту, и свернувшись там калачиком, сидеть тихо-тихо, чтобы эта гнилая мразь не нашла. Нас взял контролёр. Взял всех без исключения! Обидно! Мы уже почти выбрались из подземелья, довольные тем, что выполнили задание без потерь. Этот скот даже не стал за нами спускаться, просто подождал на выходе. Когда я почувствовал присутствие чуждого интеллекта в мозгу, я не стал ему сопротивляться, или бороться с ним, а быстро спрятался в кокон собственного сознания, наглухо закрывшись там. И отдал ему свое тело в полное владение.

Идём по лесу, со мной ещё трое ходячих трупов, троих ОН уже сожрал. Я тихонько пристроился у окон своих глазниц, и исподтишка, что-бы не насторожить Хозяина, наблюдаю за окружающим. Как маленький ребёнок, который в щёлочку двери смотрит запрещённый ему строгим папой телевизор.

Сомнений нет, я – зомби, и жизнь уже позади. От мысли что я полностью бессилен, и делать уже ничего не надо, стало одновременно и грустно и легко. Но если я зомби, почему я смог открыть глаза!? Я прислушался к внутренним голосам - тихо как в гробу - хозяина не слышно и присутствие его тоже не чувствуется. Так живой я или нет? Пульсирующая, жестокая боль, расцветающая в каждой клеточке в такт сердцебиению говорила - ЖИВОЙ! ЖИВОЙ! ЖИВОЙ! Я переосмыслил своё определение: Только живой человек может страдать! Попробовал двинуть рукой. С второй попытки мне это удалось. Не думаю что есть мера боли, которая превзошла-бы испытанную мною в тот момент. Каждое мышечное волоконце горело в огне и молило о покое. Тело явно не хотело oживать. Собрав остатки храбрости, я попробовал двинуть ногами. Результат тот же. Милый друг обморок, принесший минутное облегчение и избавление от боли, длился недолго. Господи, за что-же меня так?! Что я такого натворил, что Ты мне такое испытание послал?! Убил, воскресил, и оставил решать самому какой путь выбирать. Движение и жизнь, ценой которых являются все муки ада, или тихое забвение, безделье, за которым идёт следом всеобщая успокоительница всего живого - смерть, обещающая принять моё истерзанное тело на прохладную пуховую перину вечного забвения. Умереть так просто, для этого не надо ничего делать, просто лежать и ждать. Если повезёт, будет Выброс, или зверь какой задерёт, а если нет, просто останусь лежать здесь пока огонёк жизни не угаснет как догоревшая свеча. Без мук и боли. На фига она мне нужна - эта избитая жизнь. Всё время бегаешь, носишься за какими-то деланными целями..... Успех, деньги, долг, честь, карьера: пустые слова лишённые всякого смысла. Метушня, суета, ложные идолы, которыми мы сами себе застилаем глаза, пытаясь сохранить иллюзию. Человеческое сознание не способно выдержать бремени собственной смертности и безнадёжности бессмысленного пресмыкания называемого жизнью. Вот и придумываем всякую ересь, убеждая себя что это важно, что это оправдывает наши усилия, и ради него стоит жить. Чушь! Было ли хоть что-то, в моей суматошной жизни что стоит вспомнить сейчас, за две секунды до смерти!?Хоть что-то правильное и настоящее?
А ведь было! Я любил и был любим! Милая, нежная, солнцеглазая Верочка! Любимая. Жена. Друг. Я называл её Звёздочка. Верный спутник на узкой тропе в джунглях жизни. Во всех бурях мы цеплялись друг в друга мёртвой хваткой, не давая один-одному утонуть. Тихое, светлое чувство согрело мою измождённую душу. Боль немного притупилась. Вспомнился озорной взгляд дочурки Софии, её такие неуклюжие, но носящие в себе зародыш женской грации первые шаги в балетной школе, и блаженные минуты простого человеческого счастья, когда жена и дочь в обимку с ним гуляли в осеннем городском парке. Любовь! Единственное, что в человеке осталось от Создателя, всё прочее – глина, перегной и мусор. Человеку дан шанс любить и быть любимым, всё другое только шелуха покрывающая зерно смысла жизни. В конечном результате, перед лицом смерти ничто не имеет значения и смысла, только одно - любил ли ты кого-то по настоящему в своей жизни, и любили ли тебя! Хочу ещё! Жить! Любить! И нет цены, которую я не готов заплатить, пытаясь этого вновь достичь! Да, будет страшно больно, будет мука и страдание, но игра стоит того. Мысленным взором оглянувшись на манящее покоем забытие, я повернулся лицом с свету и сделал первое движение.
После двухчасовой конвульсии оживающего тела, бывший зомби, а теперь вот снова сержант Веньяминов, переступив труп разорванного химерами контролёра, неровным ещё шагом двинулся на юг к границе Зоны. Его вела путеводная звезда. Там любимые люди, там смысл его жизни! Он улыбался, самый трудный участок пути он уже прошёл ещё до того как сделать первый шаг.

я говорю- да! КАк таково необходимости в правке не вижу, однако правленную версию тоже оценю)

при должной степени обработки может выйти нечто стоящее, но пока- не хватает мотиации... обьясни, зачем она пошла в зону, покажи что Принцесса- не робот! она живой человек с сильными и слабыми сторонами! жду правленную версию

твой рассказ очень.... многозначный, я бы даже посоветовал сделать что-то типа "развилки, и выложить в книге все варианты событий... (при поддержке остальных членов комиссии) если ты не против, я даже могу написать свою версию происходящего (тотальная редактура, авторские права твои)

Рассказ хороший, грамотный. Главное - интересный. Героиня не шаблонна, есть в ней какая-то живость. Мысль, какая-никакая, но есть. Главная претензия у меня к концовке. Ее нужно как следует развернуть, ибо она до неприличия скомкана. С редактированной концовкой - я за.

Ох, и странный у вас стиль. Даже не знаю, как его назвать. Байка, что ли? Ибо у вас идет просто перечисление произошедших событий. В любом случае, рассказ похорошел. С этой концовкой хотя бы ясно, что хотел сказать автор. Я за. Но надо сильно редактировать. И эмоции семьи того новичка... эммм... Мягко говоря, никакие. Роботы. На БЛИК и шлифовать.

ЭПИЦЕНТР
Вездеход заблудился окончательно и бесповоротно. Уже шестое, серое и унылое утро встречал он в этой глуши, где солнца и в полдень почти не видно, да и рассвет казался прорывом гигантского гнойника а не восходом жизнетворного светила. Вездеход не знал названия этого леса, и понятия не имел, каким образом он сюда попал, спасаясь от химер, но одно помнил крепко: он не имеет права умереть! Ни за что, ни в коем случае, и ни при каких обстоятельствах не мог он позволить себе роскошь отчаяния или спокойствие смерти. Жизнь Вездехода не была его собственностью, и следовательно он не мог распоряжаться ею по собственному усмотрению, не мог, сдаваясь беспощадной судьбе, просто лечь и умереть. Не имел права. Его ждали, на него надеялись, от него ожидали помощи и поддержки, защиты и покровительства. У него были дети и жена, которые потеряв кормильца, остались-бы без всякой опоры. По этому он раз за разом вытаскивал из глубокой грязи ногу и делал следующий мучительный шаг. Липкая и тяжёлая, холодная грязь методично высасывала из человека последние капли сил, а бурелом вставал на пути сотнями колючих шлагбаумов. Но шли часы, проходили сутки, а человек не сдавался. Полуслепой от усталости и голода он механически пёр напролом, и концентрировал всё своё внимание и волю на преодолении очередного препятствия. Всегда исключительно только того, которое нужно было преодолеть в данный момент. Иначе было нельзя. Задумайся он на секунду о беспросветности собственного положения или о длине всего предстоящего пути – и силы бы тотчас покинули его. А так он поговаривал себе: ещё шаг, ещё один, перелезть дерево, перешагнуть яму – это я смогу, это ещё по силам, а там видно будет! Вперёд, всегда только вперёд!
К концу шестого дня, человек, скорее похожий на упрямое пресмыкающееся, чем на разумное существо, очнулся от того, что перед ним не оказалось никакого преодолимого препятствия. Минуты две простоял он в тупом оцепенении прежде чем в глазах засветились искорки возвращающегося разума. Вездеход оглянулся и удивлённо констатировал, что перед ним нет больше деревьев и кустов, а под ногами не грязь, а старый и растрескавшийся, но крепкий асфальт. Оглянувшись он увидел, что дорога острым краем начиналась прямо у кромки леса, откуда ему удалось только-что вырваться. Складывалось впечатление, что по каким-то неведомым причинам растительность никак не могла захватить этот клочок чистого пространства. Остановленная у края асфальта, жухлая трава высоким валом нависала над дорогой, а деревья, которые росли здесь много гуще обычного, жадно протягивали свои хищные лапы в сторону поляны. Что-бы это ни было, что-бы ни останавливало растительность, Вездеход был благодарен ему от всей души, после десятков часов проведённых в борьбе с зарослями и болотом, идти по асфальту казалось сказочно легко и приятно. На поляне виднелись какие-то старые развалины, угадывались контуры большого дома и множества хозяйственных пристроек. В сторонке стоял чудом сохранившийся внушительных размеров сарай с бревенчатыми стенами. Большие камни из фундамента дома блестели от ноябрьского инея, создавая впечатление ложной чистоты. «Скорее всего здесь был раньше большой хутор или дом лесника с маленькой лесопилкой. Богатое было место – гляди, какие гранитные глыбы притащили для фундамента!» – подумал Вездеход. Его мысли уже крутились вокруг чая, остатки которого он приберёг в рюкзаке и который в мокром лесу никак не мог сварить, ибо сырое дерево под постоянно моросящим дождём только дымило и не желало гореть. Голод болезненной судорогой скрутил желудок, еда закончилась четыре дня тому, и в данном положении даже простой чай казался вершиной мечтаний.
– В сарае наверняка найдётся парочка сухих досок для костра, наконец будет возможность согреться и просушить обувь и одежду – подумал сталкер. Впервые за последние несколько суток он серьёзно начал верить в благоприятный исход своего приключения, в сердце шевельнулся огонёк оптимизма. Верный сталкерским инстинктам он прежде всего решил тщательно осмотреть всю поляну, нет ли тут мутантов, аномалий или другого источника опасности. Навык, намертво вбитый в голову годами проведёнными в Зоне, оказался сильнее даже усталости и дикой жажды выпить горячего чаю, которым он бредил всю дорогу сюда. Сняв с пояса обрез (тяжёлый автомат с патронами он бросил на вторые сутки, так же как и бесполезный пистолет с боезапасом) Вездеход прежде всего достал из кармана сухую пачку патронов и перезарядил ружьё. После этого он тщательно осмотрел все развалины пристроек, первым делом ища подвала или погреба – любимого места жительства всякой нечисти, но слава Богу, таковых здесь не нашлось. Сарай он решил оставить напоследок, ибо делать лишние круги в наступающих сумерках ему хотелось меньше всего на свете. Проходя мимо развалин дома, человек заметил нечто странное: несмотря на то, что дом был разобран по камням и практически сравнён с землёй, у бывшего фасада остался стоять большой фрагмент стены с входной дверью. Добротная, резная дубовая дверь казалась нетронутой. Остановившись перед ней и с интересом рассматривая причудливый орнамент состоящий из дубовых листьев и оленей с ветвистыми рогами (всё-таки здесь было лесничество!), Вездеход заметил, что из щёлочки под дверью сочится мягкий свет.
– Что за чертовщина! – прошептал сталкер и рефлекторно поднял обрез.
Осторожно обойдя кусок стены, он удостоверился, что с другой стороны нет ничего кроме битого кирпича и мусора. Опять став перед дверью, он снова увидел свет и в придачу как будто почувствовал запах чего-то давно забытого и домашнего. Тоненькая полоска света гипнотизирующей силой влекла человека, нося в себе обещание тепла и уюта. Вездеход только сейчас заметил вычурную латунную ручку, и ему вдруг захотелось взявшись за нее войти внутрь. Испугавшись своего странного желания, он быстро отступил два шага и потом снова обойдя стену сзади, увидел там такую-же ручку. Но с этой стороны никакого света и в помине не было.
– Ты чё, мужик, деревяшки испугался! – ругнувшись вполголоса взялся за ручку, и открыл скрипучую дверь. Переступив порог он оказался на том месте, где стоял пять минут тому назад. Ничего чрезвычайного не случилось.
– Ну и на что ты рассчитывал, болван? – пристыдив самого себя он в сердцах захлопнул за собой дверь. Как только дверь закрылась, из под нее опять заструился свет. Озадаченный сталкер постоял секунд десять, и наконец решившись, нажал ручку и осторожно открыл дверь, держа обрез наготове. По мере того, как открывалась дверь, яркий свет выхватывал всё более широкую полосу из владений ночного пустыря перед домом. Ослеплённый и заинтригованный Вездеход шагнул в свет, автоматически закрыл за собой входную дверь и остановился на пороге. Глаза медленно привыкали к свету.
Первое, что достигло сознания, ещё до момента, когда зрение прояснилось, был запах. Миллион полузабытых ощущений и мыслей ураганом нахлынули на замершего человека. В мозгу стремительно мелькали давно похороненные осколки воспоминаний:
- бабушка печёт пончики, мажет их домашним абрикосовым вареньем и посыпает сверху ванильным сахаром-пудрой;
- мама ставит на праздничный семейный стол большой поднос с телячьими отбивными размером с тарелку;
- хохочет во всё горло компания шальных школьных друзей, собравшаяся в конце дедушкиного сада вокруг мангала со шкварщащими шашлыками;
- ароматные восковые свечи на рождественской ёлке отражаются в тёплых глазах жены, ласкающих его сквозь полутьму.
Целый вихрь ярких образов и чувств затопили измученные разум и душу. В чувство привёл Вездехода незнакомый голос:
– Вытри ноги, сынок! Незачем в доме грязь разводить. Да что ты стоишь в сенях, заходи милый, иди, умой руки и мигом за стол! Простынет суп-то.
Сталкер слышал слова и понимал их смысл но не верил своим ушам, медленно, боязливо он открыл сначала один, а потом и второй глаз. Он стоял в просторных сенях-веранде, а сквозь дверной проём виднелась большая кухня с широким дубовым столом на резных ножках. Узор на них был тот-же, что и на двери. Около стола стояла немолодая уже женщина с приятным, добрым лицом и манила его рукой. Вездеход понимал, что этого нет, просто не может быть, но у него не хватало сил противиться видению из прошлого. Уставшая психика сдалась, и минуту потоптавшись на месте, он вытер ноги и спросил:
– Где можно умыть руки, матушка?
– Справа от тебя ванная комната, где-же её, как не там? – ответила женщина. – Там можешь сбросить свою одёжку, я приготовила сухое.
Повинуясь сказанному Вездеход зашёл в неестественно чистую ванну и начал стягивать с себя омерзительно промокший, изодранный в клочья и раскисший противорадиационный комбинезон. Умывшись и избавившись от чувства нечистоплотности, сталкер одел приготовленную одежду и вышел в кухню. Женщина не говоря ни слова, поставила на стол вместительную тарелку и насыпала в неё изрядную дозу дымящегося борща. Краешек ароматного облачка достиг и Вездехода, а волчий аппетит и муки последних четырёх суток окончательно смели остатки осторожности и рационального мышления. Не в силах сдерживаться, он жадно набросился на любимое блюдо. Глотать горячий, густой и ароматный суп для промёрзшего и жутко изголодавшегося человека было вершиной блаженства. Белые чесночные пампушки исчезали в его рте одна за другой. Женщина сидела, и с тихим умилением наблюдала за тем, как он ест, а на протяжении получаса единственное, что звучало в помещении, было периодичное:
– А можно ещё порцию?
После пятой тарелки борща испарина покрыла лоб Вездехода, и он почувствовал, что больше съесть не в силах. Женщина сидела рядом, и с грустной улыбкой смотрела на пришельца. Их взгляды встретились. Сталкер никак не решался заговорить, боясь спугнуть чудесное видение. Он настолько привык к грубым, злым, жадным, хитрым или в крайнем случае равнодушным рожам, что с этим выражением лица не знал, что делать, и видимо его нерешительность была настолько очевидной, что женщина заговорила первой:
– Ну давай, спрашивай! Чего молчишь-то?
Вездеход немного помолчал, и, собравшись с духом, наконец спросил:
– Вы кто, и где мы сейчас?
– Зовут меня Анна Михайловна, и мы в моём доме. Я знаю, что ты не поверишь мне сразу. Я не могу объяснить, как, да почему, но мой дом для меня остаётся целым и невредим, и пока я тут, так оно будет всегда. То, что ты видел снаружи – это твоя реальность, а то, где мы находимся сейчас – моя. Не ты первый ко мне пришёл, и не ты будешь последний, но снаружи каждый из вас видит дом по разному. Так что не будем об этом, твое видение не имеет значения – Анна Михайловна помолчала, вытерла руки полотенцем, и убрала со стола тарелку. Стоя у плиты она тихо бросила через плечо:
– Ну, смелей! Задавай свои вопросы. Знаю я вас, сталкеров, любопытная вы порода. Ведь и так будешь ёрзать на скамейке, пока всего не уяснишь – в голосе звучал не то упрёк, не то горечь.
Вездеход переварил информацию, и задал следующий вопрос:
– Почему Вы здесь?
– Я жду.
– Чего ждёте? – опешил сталкер.
– Не чего, а кого. Я сына жду. Он давно ушёл. Сразу после катастрофы, как только Зона сюда добралась, мой Мишенька ушёл разведать окрестности. Ещё мальчишкой он у меня любознательный был, всё ему покажи да разъясни, а в Зоне много интересного. Вот он и бегал, а потом всё мне рассказывал. А как он умел рассказывать...! Будто сама хаживала на Свалку и в Рыжий лес! Так прошло два года, он всё носился со своими картами и непременно хотел меня отсюда вывести. А потом один раз не вернулся. Пропал. С тех пор ни слуху ни весточки. Но он жив, я знаю! Не может быть иначе. Вот потому и жду. А до тех пор стараюсь приютить, покормить и обогреть каждого блудного пса, который забредёт сюда. А вдруг и моего Мишеньку пожалеет кто-то, да и поможет ему в нужде.
Вездеход промолчал, не зная, что сказать. Реального шанса, что сын Анны Михайловны до сих пор жив, совсем не было. Молчание затянулось, и надо было хоть как-то продолжить разговор:
– Матушка, а как звали вашего сына?
– Зовут, а не звали! Мишка Скоморохов, среди вас Скоморох. Может встречал?
– Да нет, не приходилось.
– Да ты погодь, не спеши, имя могло и измениться – засуетилась женщина и покопавшись в шкафу достала старую фотографию. – Вот карточка, посмотри внимательно, не видал такого?
Вездеход взял в руки фотографию и начал рассматривать. Молодой круглолицый парень был сильно похож на свою маму, ясные карие глаза и русая бородка делали его похожим на какого-то героя из народных сказок. Лицо Вездеходу казалось знакомым, он только не мог вспомнить, откуда. Да и лет то сколько прошло! На фотке парню лет двадцать, а теперь это уже должен быть зрелый мужчина. А ведь в Зоне стареют быстро. Если стареют вообще... По мере того, как он рассматривал фотографию, Вездеходу всё больше казалось, что он видел эти глаза раньше. Когда-то давно, и чёрт знает где, но видел! Промучившись минут десять и так и не вспомнив, он отдавая фотографию, уже хотел сказать – нет, не видел – но Анна Михайловна не дала ему сказать, зажав мягкой ладонью рот.
– Не надо! Не отвечай. Не говори ничего. Не говори ни да, ни нет! Просто возьми фотографию с собой. А вдруг найдёшь его, вдруг узнаешь...
Отвернувшись, она приложила к глазам передник, а сталкер совсем растерявшись сидел молча. Минутой позже с деланной бодростью в голосе, но не поворачиваясь, скрывая слёзы от гостя, Анна Михайловна сказала:
– Да что-же это я, старая дура, пустыми разговорами гостя донимаю! Небось устал, сынок, и спать хочешь? Ты иди, ложись. В чистой комнатке тебе постелено, а я тут ещё посуду мыть закончу. Иди отдыхай. Утро вечера мудренее. Тогда и поговорим. Ступай, спокойной ночи!
Взгляд сталкера на секунду остановился на аккуратной стопке только-что вымытых тарелок, но промолчав по поводу прозрачной лжи он покорно ответил:
– Да матушка, уже иду. Спокойной ночи.
Лёжа в сухой постели с закрытыми глазами, не смотря на дикую усталость накопившуюся за последнюю неделю, Вездеход никак не мог уснуть. Неспокойные мысли тревожили душу, а вопросы без шанса на ответ занимали рассудок. Скоро полночь, а сна ни в одном глазу! Вот уже второй час проходит в странном оцепенении, а сна нет как и не было. Внезапно отточенные сталкерские инстинкты подсказали ему, что он в комнате уже не один. Тихо, мягким, неслышным шагом к постели подошла Анна Михайловна. Мягкая, прохладная ладонь легла на пылающий лоб. Тихий, едва слышный шепот достиг слуха:
– Спи сынок, отдыхай, набирайся сил, они понадобятся тебе завтра. Иди и найди моего сына, верни его ко мне. Укажи ему дорогу домой. Я знаю, впервые за последние двадцать лет наверняка знаю, всем сердцем чувствую, что ты найдёшь моего сынка, сталкера Скомороха. Ты первый вестник надежды в этом аду. Спешить не надо, времени у тебя достаточно. Я буду ждать вечно. Спи родимый. Отдыхай.
Слова звучали как заклинание и Вездеход уснул. Этот измученный человек с нервной системой загнанного зверя спал сладким, детски глубоким и безмятежным сном. Спал, как когда-то в давнем детстве, за долгие годы впервые чувствуя себя в полной безопасности. Так хорошо он не спал даже в своём убежище под двухметровым слоем бетона и за бронированной дверью полуметровой толщины. Он спал спокойно, потому что его сон берегли. Ему покровительствовала сила космической величины – материнская любовь. Он спал и видел сладкие, яркие сны, сны детства и юности, а не смутные, тревожные видения зрелого мужчины. И во сне он был счастлив.
Вездеход проснулся от того, что ему холодно. Он лежал на земле в углу старой развалины дома. Рядом догорали головешки костра. Оглянувшись по сторонам и увидев стоящее в зените солнце, ему стало ясно, что проспал он больше двенадцати часов. Не зря же он чувствовал себя абсолютно здоровым и полным сил. Голова была чистой, как никогда за последние дни, только отголосок странного сна и то, что он не помнил, как ложился спать, слегка тревожили душу. Вездеход был голоден, как зверь, и поэтому решил сварить единственное, что у него ещё осталось – чай. Сугубо только ради иллюзии завтрака. Нагнувшись он подхватил рюкзак, но чуть не вывихнул себе плечо, настолько тот был тяжёлым. Ошарашенный сталкер осторожно открыл мешок, и тупо уставился на его содержимое: свежий, явно домашний хлеб, колбаса, банки варенья и целый копчёный свиной окорок с кучей сала в придачу наполняли рюкзак по саму завязку. Плоская жестянка с чаем тоже была на месте. Копаясь в вещмешке Вездеход заметил кропотливо заштопанные дыры своего рукава. Комбинезон был аккуратно исправлен, вымыт и высушен. Осматривая свою одежду Вездеход в нагрудном кармане нащупал прямоугольный листок толстой бумаги. С чёрно-белой фотографии на него смотрел молодой Мишка Скоморохов, сын несуществующей женщины, проживающей в доме, которого уже нет.
Изумлённый сталкер понял, что сон был не совсем сон, и дом с матушкой Анной всё-таки существовал. Не в этом мире, но где-то рядом. Вскарабкавшись на соседнюю стену он пробовал сориентироваться. Стена с дверью была рядом, вот она, совсем близко, только рукой подать. Но вид у неё был совсем другой чем вчера. Дерево растрескалось и резьба была почти совсем неразличима, а густая паутина дополняла картину полного запустения, только ручка блестела полированной латунью. Было совершенно ясно, что открывать её нет никакого смысла и что только один человек имеет право туда войти. Но этого человека сначала ещё предстояло найти.
Собравшись в путь, Вездеход бросил прощальный взгляд на поляну. У неё была совершенно круглая форма с дверью в центре. Ни мутировавших растений, ни аномалий. Чистая земля. Вокруг, готовые ринуться вперёд, стояли густые заросли воинов Зоны, но никогда Зоне не удастся захватить эту поляну, ибо сила которая не давала ей проглотить этот клочок земли, вечна, как само время и велика, как Вселенная. Это материнская любовь, и здесь его эпицентр.

Бар «Шти» утром напоминал «Ледовое побоище». На полу, кучами мусора, лежали бычки, смятые пачки, бутылки «Казака», куски пищи, выпадавшие изо рта пьяного сталкера. Лужи алкоголя на полу, как и на столах, составляли «роскошный аромат» этого заведения. Зайдя в бар можно было не покупать выпивку, а просто посильней вдохнуть, и упасть тут же под стол.
В этом «гадюшнике» уже с полгода работала девушка, точнее женщина, хотя трудно было угадать ее возраст. В ее мыслях не витали мечты о принцах, она не думала с отвращением о тех, кто посещал забегаловку. Она вообще уже давно не верила в сказки. Каждый день, убирая со столов, она не замечала течения времени. Когда приходили посетители, она подносила им выпивку и еду, брала чаевые и радовалась редкому вниманию со стороны «ходоков». Каждое лицо было для нее знакомо, она быстро могла вспомнить любого, кто заходил в бар. Она искренне улыбалась ветеранам, которые пришли из Зоны снова, в сотый раз, и живыми. Она плакала над теми, кого Зона забрала в царство небытия. По-женски любила каждого.
Ее звали Светлана, все звали ее Свет, для каждого мужчины это имя было действительно как свет в темном царстве. Свету никогда никто не обижал, даже как-то иногда пытались ей хоть чем-то угодить. Но на это внимание, Света, не отвечала, а, потупив глаза, молча, стремилась удалиться куда-нибудь в «посудомойку». Там, среди грязной посуды, она думала о них, она боялась за них, она пыталась гнать мысли о плохом, и по-девичьи роняла слезы, даже чаще, чем когда-то дома, над своею жизнью. Может быть, думала она, что здесь и есть ее дом, ее путь, ее предназначение.
Бармен, по кличке Крыса, он же являющийся торговцем всякого хлама, тоже, как мог, подбадривал единственную женщину в этом захолустье. То денег подкинет, то придет и поможет помыть посуду, накопившуюся после празднований сталкеров, вернувшихся с хорошим хабаром. Да что скрывать, он иногда разделял свою постель со Светой, думая о том, что женщине именно этого и не хватает. Частично он был прав, но не секс нужен был Свете, а чуточку тепла и мужского плеча. Она не строила планов, в которых как-либо должен был участвовать Крыса, она не видела его как свою половину, как уже было сказано, она не верила в сказки.
Сам же Крыса, будучи человеком жадным до денег и эгоистом от дьявола, порой забывал обо всем и сидел у себя, обдумывая коварные планы своего обогащения за счет других. И так однажды получилось, что в эти планы попала Света.
- Свет! – «гаркнул» Крыса из подсобки.
- Ну чего тебе? - ответила Света с некой неприязнью, нервы немного напряглись за весь день, и она устала морально.
- Поди сюда, дело есть!
Света, не спеша, подошла к столу Крысы, вытирая руки грязным полотенцем. Крыса развалившись на стуле, закинув ноги на стол, с какой-то гадкой ухмылкой смотрел на нее.
-Ну? – вскинув вопросительно брови произнесла Света.
-Ты это… Ты садись. У меня тут вот какое дельце подвернулось…
Он посмотрел в глаза девушке, ожидая ее реакции. Реакции не последовало, она даже не присела, продолжая теребить полотенце в руках.
- Ты заработать побольше хошь?
- Ну…
- У меня все сталкеры в рейдах, даже новичков нет, я бы и сам, да нельзя мне… в общем, тут недалече схрон есть, там мне оставили мои заказы, сюда не пошли, потому как застрелят их на месте.
- Я-то причем здесь?
- Я ж тебе показывал, как КПК пользоваться, да и у тебя свой есть теперь. Я тебе отмечу на карте, куда надо заглянуть, а ты принесешь. А?
- Слушай, ты не оборзел ли, Крыса! Ты знаешь сколько сталкеров загубил своими «пойди туда, не зная куда». Теперь на меня перекидываешь…
- Да подожди орать, женщина, тут дело-то на 30 минут, я тебе даже «пушку» дам и приборчик, который зверюшек отпугивает, не всех конечно, но возле Кордона мелочь всякая не полезет. Да соглашайся, а я тебе косметику хорошую подгоню, костюмчик под тебя сделаем, а? Ну и денег там…
-Мне здесь косметика ни к чему…
- Ну ладно, чего хочешь? На все согласен. Плюс деньги.
Света начала размышлять. Что ей в Зоне надо-то? Ничего. Всем довольна. А вот для других бы сделала. Но что? Когда-то акушеркой работала, людям помогала, а здесь помочь очень многим надо бывает…
- Согласна я, с одним условием, даже двумя, плюс деньги и снаряга, с прибором этим, твоим, чтоб зверей отпугивать.
-Вот деловой человек. Говори…, - Крыса весь аж засуетился, видно хороший хабар в схроне.
-Первое, я у тебя больше не работаю…
- Блин, ну ладно, найду кого поставить, дальше…
- И ты, как проводник появится, меня с ним к Доктору Болотному отправишь.
- Это чего это тебе понадобилось к Доктору? Ты болеешь чем? А ты это, меня не того…? Не заразила в смысле?
- Не заразила, не бойся, а зачем, тебе знать необязательно. Тебя это не касается.
- Хм, ладно, согласен. Пойдешь с утра, а пока спать иди, - Крыса отвернулся и начал копошиться в своих вещах.
Света ушла к себе, села на кровать задумалась. Посидела минут пять, и легла, спать не хотелось, мысли роились в голове, представлялось разное и в основном неприятное. Но главное, она решилась. Впервые за всю жизнь решилась на что-то. И это что-то - являлось заботой о сталкерах, о тех, о ком она плакала и кому улыбалась.
Утро наступило незаметно, Света не заметила, как уснула и теперь, совершенно не выспавшись, смотрела на себя в зеркало. «Какая я все-таки страшная, кому я такая нужна» - думала она, «А, в принципе, эти-то вообще немытые мужланы, так что я здесь красавица». Так подняв себе настроение, она направилась к Крысе, который уже ждал ее. Без всяких разговоров он начал надевать на нее комбинезон сталкера, подгонять к Светкиному женскому телу. За пятнадцать минут он все же добился видимого результата, облапав девушку с ног до головы. Костюмчик сидел как влитой, не самый дешевый. Что-то похожее на «Севу».
-Тут это…, замкнутого цикла дыхания нет, конечно. Но это самый подходящий для тебя размер, да и броня хорошая и хим.защита, и радиация тебе нипочем. А маску вот эту возьмешь, она аккуратная, удобная и не поймет никто, что ты девушка.
Света оглядела себя, присела несколько раз, попрыгала, как велел Крыса. Ничего не мешало, торговец был прав, очень удобный костюмчик.
-Дальше смотри, это детектор аномалий, не выключай его, как «запикает» сразу остановись, ну помнишь, я тебя учил, не зря же…
Света помнила, зря он так надрывался, с памятью у нее было лучше, чем у него.
- Вот это приборчик от зверей, собак отгонит, плоти не подойдут, ну кабанчики, если немного, то тоже не тронут. Ты и сама думай, как будет лучше. В рюкзаке медикаменты, тебе не понадобятся. Но на всякий случай.
А вот самое главное, жалко мне его отдавать, но ты женщина хорошая, мой подарок тебе. Это «Винторез», хороший ствол, удобный, отдачи почти никакой, модифицированный полностью, он был не тяжелый, так его еще легче сделали народные умельцы. Магазины я тебе в кармашки положил, на «броне» твоей. Иди аккуратно и лучше, чтоб тебя никто не видел. Ну, все, доброй Зоны.
Он проводил Свету до «черного хода», приобнял и отпустил. Света ступила на путь, который вел ее к неизведанному, иному миру.
Света знала, что попадаться на глаза военным нельзя, бандитам-не выгодно. И она легкими перебежками начала двигаться к намеченной цели. Когда-то в детстве мама записала ее в легкую атлетика, поэтому бегала она всегда очень хорошо. И вес ее тела всегда был небольшим. На пути никого не было, Света не совсем еще была готова к встрече с мутантами. И уж тем более не была готова убивать кого-либо. Впереди виднелась полуразрушенная постройка элеватора, судя по карте КПК, схрон находился за ней. «Так, прямо в Зоне не ходят, так все ветераны говорят, не верить им нельзя, сколько жизней унесли такие нарушения правил, что ж, пойдем по окружности, ой, надо автоматик хоть в руки взять» - про себя думала Света, это помогало сфокусироваться на задании.
Она перебежала дорогу, по которой часто патрулируют военные, и быстро спряталась за кустом, нервно оглядываясь по сторонам. Детектор аномалий молчал, она взглянула на него, проверила, уж не выключился ли. «Так, дальше до вон того, скрюченного дерева. А как сегодня светло на улице. Так; пять, четыре, три, два, один. Посмотрела по сторонам, никого, бежать». Она легким бегом, немного пригнувшись, побежала к кусту у большого скрюченного дуба. Издал звук детектор и снова замолчал, Света остановилась и присела. «Кажется, начинается. Ой, только бы не дурить». Она тихо, на полусогнутых ногах двинулась, детектор опять просигналил, еще шаг, и частота ритма сигнала участилась. Света остановилась, взяла чуть левее, снова пошла дальше. Рядом буквально в десяти шагах, она заметила странное колебание воздуха. Детектор начал зашкаливать, она достала болты из маленького мешочка и как учили, начала кинуть в аномалию. При удачном попадании, аномалия разрядилась, издав глухой хлопок. Так, обозначив границы, Света пошла дальше. Через некоторое время детектор снова затих.
Света шла, уже не спеша, через маленькую рощицу, внимательно наблюдая за всем, что может показаться странным. Когда она собралась выйти, из-за последнего в этой рощице куста и наметить себе траекторию пути, Света вдруг услышала шорох. Он был похож на шелест листьев под ногами шаркающего человека. Света выглянула, аккуратно отодвинув куст. Около, почти совсем развалившегося сруба ходил человек. Низко наклонившись, будто старик, он ходил как-то неопределенно. Свете показалось, что он по одеянию, похож на бандита. Все есть, и плащ с капюшоном, натянутым до носа и джинсы какие-то порванные. Но самое странное было то, что сталкер бродил босиком. Да и рюкзака и оружия не было видно.
Света решила понаблюдать пока, попадаться даже старым знакомым она не хотела. Ее бы сопроводили в бар, а Крысе потом надавали по «соплям». Жалко его, да и дело не в нем, Свете хотелось проверить себя, и до конца дойти этот путь. А иначе, не получит она ничего, как Золушка после двенадцати.
Света заметила лицо странного сталкера, это был дедок, но что же он тут делает? Дед ходил и бормотал себе под нос, понять его было невозможно. Чтобы услышать, надо было подойти поближе. Девушка решилась, ей хотелось помочь заблудившемуся человеку, она вышла из-за кустов. Дед вздрогнул и слегка попятился назад, уж больно неожиданным для него было появление Светы.
-Дедушка, вы, что тут делаете? – спросила девушка.
- Я-то? Кхе, кхе, а ты, молодой человек, один? – к чему-то спросил дедуля.
Он даже не понял, что перед ним девушка, с одной стороны хорошо, с другой стороны - все равно. Светке захотелось вывести его отсюда, довести до бара, но и цель свою надо достигнуть. Что же делать?
- Дед, тебя как звать?
- Да зови как хочешь, я не обижусь. У тебя в рюкзачке чего-нибудь пожевать нет? Давно я тут, не кушал совсем, - жалостливо произнес дед.
-Давай, дед, я тебя в бар провожу, там накормят, скажешь, Свет прислал, - решила скрывать себя до последнего Светлана.
-Не, не, не, мне туда нельзя, - Дед начал медленно подходить к девушке, - Ты бы хоть печенюшку дедушке нашла.
Странный он какой-то, совсем ума в Зоне лишился, как он сюда попал. Света сделала шаг к деду протягивая руку:
-Пойдемте, дедушка, здесь опасно, как вас звери еще не подра…
В этот момент девушка споткнулась и упала, не дойдя одного шага до деда. В тот же момент, когда девушка споткнулась, дед Излом ударил своей гипертрофированной рукой, но задел только воздух. Из-за огромной мощи своей руки и непопадания в цель, Излом растянул и вывихнул конечность. Она плетью повисла вдоль тела. Излом завопил. Девушка вмиг, как будто на автомате, вскочила и нацелила винтовку на «деда». Она поняла кто перед ней, если бы не случай, она бы погибла. Слишком поздно сообразила Света, что перед ней мутант, питающийся «человеченкой».
-Большой, не убивай, я уйду, я тебе схрон покажу, - он задом попятился к остаткам сруба, некогда бывшим сараем.
Света не сводила глаз и винтовки с этого «чуда природы». Излом залез здоровой рукой в углубление между сгнивших досок, и вытащил оттуда рюкзак. Его он подкинул к ногам девушке и начал удаляться с поля зрения. Светке совсем не хотелось стрелять, но пусть он не думает, что она этого не сможет. Через пять минут Излом удалился. Светка аккуратно открыла рюкзак, который ей подкинул мутант, и с удивлением обнаружила то, чего ждал от нее Крыса. Контейнеры, видимо с артефактами и электронные платы, неизвестного действия. Там же была записка: «Крыса, твое барахло забирай сам, а мы сваливаем. Так что в расчете.». «Видимо, - думала Света, - Излом обнаружил рюкзак и пытался с помощью него заманить сталкера в ловушку, себе на обед. Хитрые, гады. Значит, так «хорошо» спрятали, раз даже Излом смекнул, что к чему».
Света подняла рюкзак и спрятала его в своем, полупустом. Можно возвращаться. Настроение прибавилось, она вприпрыжку побежала обратно, по пути обдумывая как лучше вернуться. Она знала, что теми же путями ходить нельзя. Света выбрала наиболее короткий путь и тихим бегом направилась в бар.
Пару раз на пути она обошла очаги аномалии, пару раз спряталась, но больше ничего не случилось. Зона приняла ее, помогла, научила, подсказав, что путь Девушки – правильный.

***
Ее появление в баре, по каким-то причинам, испугало Крысу. Перед ним стояла уже не та робкая девица, прячущаяся от всех перемен, боявшаяся малейших проблем, а настоящая «Амазонка». Теперь Света точно знала чего хочет, куда идет и за что борется в этой жизни. Крысе на миг показалось, что в глазах Светланы промелькнул весь смысл появления Зоны, этот смысл был прост и понятен. К сожалению или может быть к радости, он не стал понятен Крысе. Но и это не его история.
Света со смехом вспоминала, как Крыса вцепился в свой рюкзак. Как дрожащими пальцами вытаскивал то, что для него имело огромную ценность. Он успевал в пол уха слушать Девушку, которая весело повествовала о случившемся с ней приключении. Светлана хохотала над вытянутой физиономией Крысы, который до конца не верил что перед ним та самая девица, которую он послал на эту опасную прогулку. Девушка познакомилась с Зоной, а Зона ответила ей улыбкой.
Через два месяца, Света, уже во всю хозяйничала в Доме на Болоте, радовала Доктора вкусной пищей, чистотой и конечно же все ловила на лету. На ее счету было две спасенные жизни, и это было только началом ее карьеры в Зоне Отчуждения. Она исполнила свое предназначение, стала любимицей Матери Зоны, Доктора и всех спасенных сталкеров. Света стала первой в Зоне медсестрой. Доброй Зоны вам, сталкеры!

Солнце вот-вот зайдет за кромки деревьев , а затем и вовсе покинет горизонт. Легкий ветерок «гонял» по земле листья, из-за чего они издавали приятный шелест. Красные солнечные разводы на небе, все это придавало месту необычайной атмосферы. В Зоне было на удивление тепло, так как сейчас осень. Не было даже дождя! Так и хотелось любоваться этим зрелищем, но есть одно «но». Это «но» - Зона. Я в Зоне, а значит нужно забыть обо всем, только помнить о осторожности и, конечно же, всегда быть начеку.
Я шла с Болот, где уже успела сразиться с болотным чудовищем, чудом выжив после схватки, но в то же время и набрать несколько редких, а поэтому дорогих артефактов, в сторону Ростка, где и находился известный всем бар «100 рентген». Вот впереди показались его очертания, над которыми все еще «висели» солнечные разводы. Через пол часа я наконец-то дошла да заветного укрытия, уставшая, но с хорошим настроением, в силу найденных артефактов. Невыразительно поздоровавшись с охраной, я зашла в бар, где при входе у меня, впрочем как и у всех, забрали оружие.
Там было людно, и когда я зашла, все уставились на меня. Они все еще не смирились, что девушка – сталкер, в Зоне – это реальность. Да что там? Что девушка вообще в Зоне делает? – этим вопросом часто задаются все. Наивные, - подумала я. Они считают, что девушки могут только на кухне им готовить, - я с ухмылкой двинулась к барной стойке, где стоял уже в годах бармен. Через мгновение, все снова принялись заниматься своими делами.
- Привет, Кабан, - я улыбнулась бармену
- О, Принцесса! Как поживаешь? Принесла? - не стерпывая желания получить заказ, сказал бармен
Я молча выложила на стол контейнер, после чего он пошел в коморку за деньгами.
В баре было красиво, не считая конечно десяти грязных и вонючих мужиков. Недалеко от стойки стоял аквариум с рыбками. А они тут что делаю?! « В Зоне перестаешь всему удивляться» - говорил мой давний друг, также сталкер. Гирлянды, декоративные цветы, прямо таки рай. Хотя... Над этим еще нужно подумать. Я принялась читать новости в КПК, незабывая при этом поглядывать по сторонам.
- Можно? – поинтересовался пьяный, мягко сказать, неухоженый сталкер
- Отвянь, не видишь, я занята – грубо ответила я
Незнакомец неприятно отрыгнул, что вконец вывело меня из себя. Я вообще не любила, когда меня кто-то от чего-то отвлекал , я было хотела высказать ему все, что я о нем думаю, но тут подоспел бармен с пачкой денег в руках.
- Буря, отвали от девчонки, - сказал бармен, при этом делая грозное лицо, после чго незнакомец его послушался и отчалил пить к своим дружкам.
- Вот, тут двенадцать тысяч за все
- Маловато будет... – я любила торговаться
- Это с ночлежкой, ужином, и соответственно, завтраком – продолжал старичок
- Ладно, уговорил
- Слушай, - начал бармен, клонясь ко мне, что бы сказать шепотом, но это у него плохо получилось из-за его живота, - дельце есть...Интересует?
- Интересует, если это опять не твои кабаны – сказала я, ухмыльнувшись при этом
- Ну я же извинялся...Ладно, это не кабаны, это легкое, но хорошо оплачиваемое дело, - сказал бармен, отдаляясь в коморку.
Я пошла за ним...
Выйдя в узкий коридор, он закрыл дверь, которых также было очень много в самом коридоре. На мой вопрос «Что за ними?» - он ответил, что кухня, склады, его кабинет, куда мы направлялись и прочее. Затем мы двинулись дальше. Когда мы зашли туда, я честно говоря, была шокирована. Я ждала всего чего угодно, но только не уютного, аккуратного и красивого кабинета. Большой шкаф, на котором было множество документов,кожанное кресло, стол, были даже цветы. Не живые, конечно. Мне сразу вспомнились слова друга.
Бармен сел, предлагая мне сделать тоже.
- Слушай, моя разведка сообщила о найденом недалеко от сюда подвале или бункере,что- то такое... Сами они погибли, незадолго до отправки сообщения. Вообщем, разведаешь, что там, как и где. Сбрасываю координаты...
- Стоп! А если там опасный мутант, который сожрал твою разведку и сожрет меня, в качестве завтрака?... Ладно, - угомонилась я, - А как насчет оплаты, - не забыла и про самое главное
- Мутанта нет, я так думаю... Ладно, Принцесса, ты знаешь мои расценки. Даю пять тысяч за все
- И комната бесплатно... – снова я пыталась торговаться...
- Хм, ладно, держи ключ, – бармен кинул мне ключ с номером моих будущих хором.
Мы снова возвращались в бар через узенький коридор, где уже набирался народ, желающий поспать, поесть или пожрать по их нему, а также просто посидеть, выпить в уютном местечке. Я тут же пошла в свою комнату, которая находилась на втором этаже, задерживаться здесь мне совсем не хотелось...
Комната была уютная, хоть маленькая, но старая кровать с грязными матрацами, после двухдневной ходки в холоде и грязи, кажутся аппартаментами.
Поев, я прямо в одежде и заснула, проснувшись только утром.
Также поев прямо в комнате, собравшись, я пошла в некий бункер. Тем временем в баре никого не было, а одинокий бармен протирал, и так уже чистые стаканы. Скорее всего, просто от скуки. Улыбнувшись, я двинула к выходу. Забрала оружие, уже весело поздоровалась с охраной...Боже, как банально – подумала я.
На улице моросил дождь, вчерашней великолепной погоды и след простыл. Темные тучи затянули небо, а туман снижал видимость. Ничего, не впервые – подумала я. С такой же банальностью я добралась до места, обходя аномалии, уничтожая и круша слепых псов, так как покрупнее ничего не попадалось.
Огромная нора с холме - это и есть бункер? Хм...
Посветив туда фонарем, обнаружилось, что это таки бункер, так как дыра просто пробита скорее всего большим снарядом. Кинув туда болтов, я спустилась, благо было невысоко. Тишина, вот что ждало меня внизу. Правда, ее иногда нарушал звук пажающих с потолка капель. В обе стороны бункера одходили два коридора. Посветив фонарем туда фонарем, я обнаружила, что один из коридоров оканчивается тупиком, мной было принято верное решение, идти в другой коридор. Следующие десять минут я видела только бетонные стены и аномалии, которых здесь было очень много, мягко сказано. «Ну когда они кончатся?» - думала я, «А может я попала в пространственную аномалию, и теперь просто хожу по безконечному коридору?» - «Хватит! Все!» - я продолжила путь, отгоняя всякие плохие мысли. Вскоре, на мое облегчение, я увидела дверной проем, кажется была комната. Но меня беспокоило другое, то, что я слышала разговор оттуда, кажется человека. Я напраглась... Достав свой Кобальт, я на цыпочках двинулась в сторону проема.
Человек, стоявший спиной в комнате, склонившись над единственной здесь мебелью – столом, разговаривал сам с собой, кажется. Щелкнув затвором, я дала о себе знать.
- Не поворачивайся, - сказала я незнакомцу
Кажется он удивился женскому голосу, да и вообще удивился...
- Кто ты? – голос был испуганным, но вполне уверенным
- Неважно, лучше скажи, кто ты, поверь, я в лучшем положении
- Гек...Сталкер Гек... – промямлил незнакомец
Этот голос...Он кажется мне знакомым, но где я его слышала?
- Черт, Гектор...
Гектор повернулся в удивлении.
- Машка...
Мы смотрели друг на друга, не понимая, что это все правда. Гектор – мой брат, пропавший вместе с отцом пять лет назад. Все думали, что он погиб, но ходили слухи, что они ушли в Зону. С чего бы вдруг? Я не знала, просто слышала об этом и решила проверить. Любовь к брату и отцу взяли верх. Матери сказала, что еду учиться в Киев, а сама, тем временем, отправилась в Зону. Этот путь был тяжелым. На автобусе в Киев, оттуда на попутках добралась до села, которое было совсем рядо, от этого злаполучного места. Купив самого необходимого, на жалкие копейки, я нашла проводника, пройдя теорию выживания в Зоне, я с ним отправилась в Зону. А ведь сталкеры в деревне узнали обо мне, но не верили, что я и дня там продержусь. А я прожержалась! Это было тяжелое время, я не люблю его вспоминать. Это все было ради брата, отца...
Пробыв здесь пол года, я поняла, что все это дурная затея, их не найти. Но Зона меня уже не выпускала... Я осталась здесь, я – редкое явление здесь, такое как девушка –сталкер, по имени Принцесса...

Синий камень.
Зона! Что это за место? Никто толком не знает… Здесь умирают бессмысленной смертью люди, они погибают из-за жажды наживы. Огромное количество хороших парней и девушек умерло. Но новые жертвы всё приходят сюда и приходят, в надежде, что им повезёт чуть больше, чем умершим до них. Зона огромна, она поделена на множество секторов, контролируемых разными кланами сталкеров. Вся территория сильно населена мутантами, которые мешают людям жить и зарабатывать деньги, поиском артефактов - различных «украшений», созданных аномалиями. Каждый такой «камушек» имеет свою особенность и свою цену у перекупщиков.
Этот рассказ будет о девушке, которая ради жизни своего ребёнка, отправляется в Зону Отчуждения и жертвует своей жизнью.

В баре «Находка» было как всегда очень шумно, в воздухе стоял сигаретный дым, и изрядно пахло палёной водкой. Это заведение находилось на окраине Кордона, именно поэтому здесь отдыхали в основном новички, но иногда сюда заходили ветераны Зоны, тогда в баре собирались все сталкеры со всего сектора, для того, чтобы послушать правдивые случаи из сталкерской жизни долгожителей этого ужасного места.
«Находку» охраняли парни из «Свободы», взамен они получали хороший процент из дохода заведения, а доходы здесь были приличные.
Обстановка в баре была прежней, один сталкер играл на гитаре, а его друг тем временем напевал грустную песню про Зону. Все слушали двоих музыкантов и всячески их поддерживали. Внезапно в дальнем углу зала кто-то вскрикнул, все обернулись. Их внимание обратилось на молодую девушку и парня из «Свободы». Свободовец держался за ладонь на правой руке и со злобой говорил:
-Сволочь, ты сломала мне палец!
На что девушка отвечала:
- Если ты ещё раз прикоснёшься ко мне, то я тебе не только палец сломаю, я тебе череп проломлю!
-Какие мы нервные, - передразнил обидчицу сталкер. – Уходи из бара, если я ещё раз тебя здесь увижу, тебе не поздоровится!
Девушка подняла с пола тощий рюкзак и направилась к выходу. В баре стояла тишина, все смотрели ей в след. Вообще в Зоне не так много девушек, но они, безусловно, присутствовали. Этого сталкера слабого пола, мягко говоря, побаивались простые одиночки, она была очень странная в их понимании. Девушка приносила торговцу самые редкие и самые дорогие артефакты, никому неизвестно, где она их находила. Как-то группа из четверых любопытных парней собралась и решила проследить за таинственной охотницей на артефакты, по их рассказам, она зашла в логово бюреров и не выходила от туда до самого вечера, потом они ушли, так как уже наступала ночь.
Выйдя из бара, девушка направилась в сторону Свалки, она шла быстрым шагом, словно торопилась куда-то. Ей по дороге встречалось много аномалий, но охотница на артефакты без помощи какой-либо аппаратуры обходила их без труда.
Уже через час девушка стояла на Кладбище. В её руках был странной формы предмет, он сильно горел темно-синим цветом, внутри вещицы мелькали струйки белого вещества, они бились о стенки. Девушка подняла на вытянутые руки этот странный предмет и, постояв полминуты, шагнула в тёмный подвал. Его стены сразу же осветились, из-за синего свечения вещи, которую держала сталкерша. Девушка испытывала огромный страх, но всё равно шла вперёд. Рядом с её телом пронеслось какое-то существо, его было очень плохо видно, оно расплывалось в воздухе. Мутант остановился за спиной девушки и шёл сзади неё, как бы сопровождая. Руки сталкершы тряслись из-за нахлынувшего ещё сильнее страха, она понимала, что в любой момент монстр сзади может напасть и разорвать её на куски. Но девушка шла вперёд. Вскоре подвал привёл к огромному залу, в котором ужасно пахло, и повсюду лежали обглоданные кости людей. Перед охотницей возникли из ниоткуда ещё четыре мутанта, все они смотрели на вещь в руках пришедшего к ним в гости человека. Надо сказать, они поглядывали на предмет с опаской. Девушка направилась к углу, в котором находился небольшой, но очень дорогой по ценам Зоны склад. Сталкерша немного знала это место, так как она уже однажды приходила сюда. Подойдя к складу мутантов, охотница заметила небольшую кучу артефактов, их там было около десяти штук, все очень редкие и дорогие, это то, что нужно человеку, пришедшему в логово одних из самых опасных порождений Зоны – кровососу. Девушка взяла яркую вещицу в левую руку, а правой начала перекладывать в маленький рюкзак артефакты. Сзади шуршали мутанты. Охотнице казалось, что чудесный камень в её руках сейчас потухнет и мутанты набросятся на неё. Но всё обошлось. После того, как девушка собрала ценные камни, она медленным шагом вышла из подвала, до выхода её так же провожали кровососы.
В этот день сталкерша собрала все деньги, которые лежали в многочисленных тайниках, подписанных у неё на карте ПДА. И вечером в последний раз пришла в бар «Находка». На её плечах висело два рюкзака, поэтому народ в забегаловке с завидным взглядом смотрел на девушку. Бармен был очень удивлён, потому что в рюкзаках находилось столько редких артефактов, сколько за месяц ему приносили все сталкеры этого бара. Охотница решила переночевать здесь, а утром идти на почту у периметра Зоны, чтобы отослать все деньги своему ребёнку, которому требовалась серьёзная операция, она требовала немалых расходов.
В шесть часов утра в баре не было людей, только один сталкер из «Свободы» сидел на стуле у входа. Девушка узнала в нём того самого мужика, которому она сломала палец, он её заметил и поднялся со стула.
-Я тебя предупреждал, чтобы ты здесь не появлялась! – со злобой и ненавистью в глазах произнёс охранник и медленно начал поднимать автомат, который стоял на полу прикладом вниз и прислонялся дулом к стенке.
Девушка, догадавшись, что сталкер собирается делать, быстро достала из внутреннего кармана своей куртки, светящийся синим цветом камень и, закрыв глаза, направила его на «свободовца». Из предмета вылетела не большая полоска и пронзила грудь сталкера, он упал. Охотница перешагнула через мёртвое тело и вышла на свежий воздух, пошла в сторону периметра.
Девушка послала посылку с деньгами в Киев дочери и пошла на Свалку, она шла не по своей воле, её звали к себе мутанты, у которых она столько времени забирала артефакты. Они хотели её смерти…

В общем, неплохо. Мне особенно понравился грамотный стиль написания, редакции почти не нужно. Может при ближайшем рассмотрении и найдется пара ошибок, но я ничего на первый взгляд не заметил. Мысль, конечно, немного туманна. Автору еще требуется совершенствование в ее выражении. Но что-то из сего текста для себя вынести можно. Я за.